Митрополит афанасий лимассольский о молитве

Предлагаем ознакомиться: Митрополит афанасий лимассольский о молитве с точным и подробным описанием.

Проповеди протоиерея Артемия Владимирова всегда собирают большие аудитории, а благодарные слушатели и читатели уже много лет между собой называют батюшку «златоустым». Как «гостя встречают по одёжке», так для проповедников, по словам отца Артемия, одеянием служит их собственная речь. «Куда ступить, что молвить» – первая забота «народного трибуна», входящего в аудиторию, может быть, совершенно ему незнакомую. И, как часто происходят неудачи из-за неумения положить зачин слову! Первое впечатление, если оно отрицательное, оказывается, к несчастью, самым сильным. Об «Искусстве словесного служения» рассказывает протоиерей Артемий Владимиров в своей книге с одноименным названием.

В предисловии современная писательница Олеся Николаева пишет: «Бог создал мир Словом Своим: «Яко той речЕ и быша, той повелЕ, и создашася», Сам Бог-Слово «плоть бысть». Но и человека Он сотворил существом логосным, словесным. Однако человек искривил пути свои, и, кажется, вот-вот он вовсе утратит этот свой «генотип», своё основное свойство, отличающее его от животного мира. Ведь современный человек живёт среди пустых, мёртвых, утративших своё значение слов – слов, не несущих в себе никакой реальности и утративших свой смысл: соли, утерявшей свой вкус! Он попадает в плен самообразующихся словесных систем, за которыми не стоит бытие. Он становится жертвой фантома – лукавого празднословия.

По мнению Олеси Николаевой, «в своём пределе – такое существование без сущности можно сравнить с состоянием ада. От этого и предостерегает отец Артемий, призывая вернуться и прильнуть к своим национальным и религиозным корням. К тому языку, который является даром Божиим и на котором человек с дерзновением беседует со Словом Воплощённым. Это Слово возвращает словам исконный смысл и реальность. Книга отца Артемия обращена и к священникам-проповедникам, и к мирянам, ибо всякий христианин по самому званию своему является миссионером и должен, как писал апостол Пётр, быть всегда готовым всякому, требующему у вас отчёта в вашем уповании, дать ответ с кротостью и благоговением.

Отец Артемий опирается на свой собственный многолетний опыт общения с прихожанами и с аудиторией и даёт тонкие и деликатные советы. Например, «гораздо мудрее делиться духовным сокровищем, нежели нарочито назидать». Или — «разумно говорящий более всех назидает самого себя». Но главное, отмечает Олеся Николаева – книга написана великолепным русским языком – ароматным и упоительным, пронизана тем мягким юмором, который, как уверяет священник, никогда не помешает доброй проповеди. Она оснащена художественными образами, которые всегда найдут кратчайший путь к человеческому сердцу. А так же напоена вдохновением и выстроена с тем чувством меры, которое не позволяет мысли растекаться по древу, а делает её содержание чётким, ёмким и при этом – духовно питательным.

По словам самого автора, в этой книге, представлен малый плод уединённых раздумий о служении людям словом. Слово, — говорит отец Артемий, — ныне мало ценится. Его, по большей части, почитают чем-то вроде маскировочного халата, позволяющего удобнее проникнуть на территорию противника. «Одно пишем, два в уме», «понимай наоборот» – так поневоле научена мыслить современная аудитория по причине лукавства говорящих. «Наш век устал от слов», – говорил об ушедшем столетии известный подвижник благочестия. Что же тогда сказать о двадцать первом. Другим было отношение к слову наших предков. «Прими слово с верой, — говорили они, – и обретёшь способность восхождения «во области заочны», туда, «где пребывает правда», где Сам Бог живёт «во свете неприступном» Своей вечной славы.

Принимая это во внимание, современным проповедникам, подобает знать, как приступать к словесному служению, к которому они призваны. Нам, — пишет отец Артемий, — выпало жить в век всеобщего оскудения. «Умалилась истина от сынов человеческих. » Незыблемые, казалось, прежде устои смещаются со своего основания. Повреждение нравов отражается и выражается во всех сферах человеческого бытия: культуре, искусстве, языке. Однако, — отмечает автор, — мы, ученики Христовы, – вовсе не заложники, не данники происходящего. Спаситель, даровавший человеческому роду Свой вечный нравственный закон, призывает нас следовать за Ним узким путём восхождения, запрещая скользить вниз по наклонной плоскости вместе с сынами противления.

Нам, — пишет отец Артемий, — заповедано трудничество, подвижничество, ибо иначе, без употребления усилий, невозможно плыть против общего течения. Этот постоянный труд самонаблюдения, покаяния, молитвы, самоукорения, труд поучения в Священном Писании, труд охранения себя от господствующего в мире растления похотью не может не выявляться в нашем слове. Слово – «лакмусовая бумажка» христианской души! Оно раскрывает тайны нравственного устроения личности. Поэтому, всякий, кто дерзает сегодня обращаться с добрым словом к соотечественникам, не может не думать о его форме.

Чтобы пояснить свою мысль, автор прибегает к аналогии. «В наши дни, — пишет он, — нет человека, который не был бы озабочен качеством пищи. Съестное ныне перестаёт быть полезным и питательным по причине множества искусственных добавок, красителей и прочего. Все заинтересованы в том, чтобы иметь на столе чистые «яства и питие». Словосочетание «натуральный продукт» стало в 21 столетии совершенно устойчивым. Не то же ли самое относится к слову, особенно если это не частный разговор, но публичная речь, проповедь? Сердца слушателей интуитивно тянутся к родному, литературному языку, в котором всё прекрасно, возвышенно и выразительно. Этот язык, напитанный «живыми» водами церковнославянского, являет себя в неветшающих шедеврах русской словесности, в произведениях Пушкина и Лермонтова, Толстого и Чехова, Тургенева и Есенина.

По словам отца Артемия, опыт показывает, что чистая русская речь, льющаяся из глубины милующего сердца, целительна для всех возрастов. Зачастую слушатели сами себе не могут объяснить, почему они с такой жаждой приникают к источнику родного живого слова. И чем дольше продолжается словесное общение, тем большую готовность слушать обнаруживают и выражают всем своим поведением собеседники. В чём же дело? Очевидно, что слово приносит неведомую или давно забытую радость приобщения к тому, что мы именуем красотой, истиной и благом и что восходит к Предвечному Слову, в Котором жизнь и свет человеков.

Книга протоиерея Артемия Владимирова «Искусство словесного служения» адресована в первую очередь пастырям, педагогам, катехизаторам, а во вторую – христианским политикам, дипломатам, адвокатам и всем, кто обращается с публичной речью к живой аудитории. Размышление о законах восприятия слова, о способах обретения собственного стиля, о художественных средствах выражения мысли – главное содержание книги. Повествование выдержано в традициях русского литературного языка и может послужить для читателей отправной точкой словесного служения людям.

Мы не можем осуждать ни одного человека и говорить: «Он пропащий».
Никто не пропащий.
Может, сегодня он и пропал, а завтра Бог найдёт его.
Сегодня, может, у него это окаменение, а завтра Бог найдёт способ изменить его.
За свою жизнь нам довелось видеть сильные перевороты в людях, которые менялись в 80, 85 лет и даже достигали высоких вершин добродетели.

Читайте так же:  Сила молитвы и другие рассказы павлова нина

Вспоминаю одного деда, который жестоко мучил свою жену.
Когда его супруга умерла, ему был 81 год.
Он причинял ей много страданий; что и говорить, тяжёлый был человек, занозистый, когда был в силе.
Такая страшная злоба у него была.
А жена у него была святая: день и ночь в церкви — действительно святая женщина.
И вот когда приблизились последние дни её жизни, она его упросила, и он за месяц-другой до того, как ей умереть, сжалился и разрешил ей принять монашество.
Она стала монахиней, прежде чем умереть.

Она умерла, и он после её смерти в свои 82 года пришёл на Святую Гору.
Мы, когда его увидели, спросили:

— Ты пришёл сюда, дед, в 82 года?

А он тоже пришёл подвизаться, и никто бы не мог сказать ему: «Не надо!»

Он пришёл в тот скит, где мы жили, и прожил там два года с половиной.
А кончина его действительно была кончиной святого человека, и жил он преподобной жизнью.
Когда дети, навещавшие его, пока он был жив, вспоминали и рассказывали нам, каким он был раньше, то мы думали:
«Но возможно ли, чтобы этот человек был таким?»
И, тем не менее, он был таким — мы слышали это от родственников, друзей, соседей и знакомых, что он был тираном, а вот после 80 лет изменился и подобрел.
Так что у нас есть ещё время, если, конечно, мы вообще доживём до 80!

Поэтому никогда нельзя говорить о другом человеке:

— Да ну его! Он уже ни на что не годится!

Никогда! Ты не знаешь, может, он в последний момент изменится.

Мы не можем осуждать ни одного человека и говорить: «Он пропащий».
Никто не пропащий.
Может, сегодня он и пропал, а завтра Бог найдёт его.
Сегодня, может, у него это окаменение, а завтра Бог найдёт способ изменить его.
За свою жизнь нам довелось видеть сильные перевороты в людях, которые менялись в 80, 85 лет и даже достигали высоких вершин добродетели.

Вспоминаю одного деда, который жестоко мучил свою жену.
Когда его супруга умерла, ему был 81 год.
Он причинял ей много страданий; что и говорить, тяжёлый был человек, занозистый, когда был в силе.
Такая страшная злоба у него была.
А жена у него была святая: день и ночь в церкви — действительно святая женщина.
И вот когда приблизились последние дни её жизни, она его упросила, и он за месяц-другой до того, как ей умереть, сжалился и разрешил ей принять монашество.
Она стала монахиней, прежде чем умереть.

Она умерла, и он после её смерти в свои 82 года пришёл на Святую Гору.
Мы, когда его увидели, спросили:

— Ты пришёл сюда, дед, в 82 года?

А он тоже пришёл подвизаться, и никто бы не мог сказать ему: «Не надо!»

Он пришёл в тот скит, где мы жили, и прожил там два года с половиной.
А кончина его действительно была кончиной святого человека, и жил он преподобной жизнью.
Когда дети, навещавшие его, пока он был жив, вспоминали и рассказывали нам, каким он был раньше, то мы думали:
«Но возможно ли, чтобы этот человек был таким?»
И, тем не менее, он был таким — мы слышали это от родственников, друзей, соседей и знакомых, что он был тираном, а вот после 80 лет изменился и подобрел.
Так что у нас есть ещё время, если, конечно, мы вообще доживём до 80!

Поэтому никогда нельзя говорить о другом человеке:

— Да ну его! Он уже ни на что не годится!

Никогда! Ты не знаешь, может, он в последний момент изменится.

Митрополит Лимассольский Афанасий (Николау)

Раньше на Руси осенняя пора была времен свадеб. Заканчивалась уборочная страда и молодые люди вступали в брак. При этом они не высчитывали дат, которые бы могли обеспечить счастливую семейную жизнь, не опирались в своих суждениях на эту тему на астрологические предсказания. Они просто жили по-христиански. В наше время люди далеки от правильного, христианского понимания смысла брака. Это становится причиной того, что из освященного Богом гармоничного союза мужчины и женщины брак часто превращается в некое подобие ада на земле. Как не допустить такого плачевного исхода и создать полноценную семью? Об этом говорит в своих беседах митрополит Лимасольский Афанасий (Николау). Цикл этих бесед представлен на страницах книги, которая вышла в свет в издательстве Сретенского монастыря и называется – «Брак — ад или рай?»

В этом сборнике бесед известного кипрского митрополита Афанасия (Николау) — автора, уже полюбившегося русским читателям, — речь идет о правильном, христианском понимании смысла брака. Книга адресована тем, кто только задумывается о вступлении в брак, и тем, кто уже встретил свою вторую половину и хочет, чтобы в доме царили подлинная любовь и взаимопонимание. Автор говорит о том, что брак — это крестовоскресный путь, и что счастье — это не главная цель брака. Что любить надо, ничего не требуя, но наоборот любить — это значит отдать себя другому. При этом никогда не уязвлять другого человека.

Владыка Афанасий говорит и об искушениях, которые подстерегают супругов и о повиновении в браке, и о том, что супружеская жизнь не может быть с какими-либо условиями. Напоминает о том, что воспитывать детей нужно в соответствии со Священным Писанием и учить их самому важному. Обо всем этом и о том, что главное в семейной жизни, беседует автор с читателями книги. В первой из бесед Владыка Афанасий отмечает, что брак – это путь к спасению человека. Если мы посмотрим на него в духе Церкви, тогда надо признать, что главной целью брака не может быть ничего, кроме спасения человека. То есть целью брака нельзя назвать ни счастье, ни рождение детей, ни, например, обретение друга по жизни, потому что всё это второстепенно.

Брак – очень важное событие в нашей жизни, и сама Церковь его благословляет и защищает. Знаете ли вы, говорит автор, что в первые годы существования Церкви были такие христиане, естественно, еретики, которые учили, что брак – это что-то гнусное, он ниже девства, и человеку нехорошо жениться. Но святой апостол Павел говорит: «Среди вас есть люди, увещающие вас не жениться и гнушаться брака, тогда как брак у всех честен и брачное ложе чисто» (ср. Евр. 13, 4). Церковь очень рано в правилах Апостольских и Вселенских Соборов отвергла заблуждения о браке. На одном Соборе даже обсуждалась проблема: позволительно ли священникам быть женатыми. И римо-католики до наших дней так и не разрешают своим клирикам вступать в брак – там нет брака, а есть целибат. А между тем, Церковь благословляет брак и считает его путем к спасению.

Читайте так же:  Молитва чтобы разродиться

Разумеется, православные отцы не приняли этот еретический и неправильный взгляд, и один подвижник, святой Пафнутий, священномученик, даже встал на защиту семейных священников и сказал, что честный брак – не препятствие для священства. С тех пор в Православной Церкви имеются женатые духовные лица. Следовательно, Церковь принимает, благословляет брак и считает его путем к спасению. Таким образом, как говорит владыка Афанасий, главной целью брака, этого столь важного события, является наше спасение. Это надо очень хорошо понять, потому что на этом и следует строить брак; если же человек не положит правильного основания, тогда всё у него выйдет кривым.

Как говорит автор, из своего малого опыта – конечно, не личного, потому что он никогда не был женат, – а из того опыта, который накопился у него из общения со множеством людей, с которыми Владыка беседует и у которых бывают самые разные проблемы, а более всего из общения с верующими супругами, близкими к Церкви, которые сталкиваются с проблемами в семейной жизни и попадают в трудные положения, – архипастырь видит, что у них отсутствует это чувство, а именно чувство того, что брак – это путь к спасению. Бывает кто-нибудь скажет: «Я женился, потому что хочу быть счастливым. Я хочу, чтобы у меня был такой человек, который будет меня любить, хочу, чтобы у нас в семье царило согласие. Хочу, чтобы семья была для меня пристанищем, и чтобы я отдыхал, придя домой».

Да, это всё естественно, — соглашается владыка Афанасий, — это человеческое. Но так ли оно должно быть? Далее автор сравнивает такое понимание брака с монашеской жизнь. Что если, говорит автор, молодой человек, желающий стать монахом, скажет: «Я хочу стать монахом, хочу найти хороший монастырь, чтобы там было хорошее братство, хорошие отцы, хороший старец. Чтобы он был святым, рассудительным, не гневался, не был зол, не относился ко мне плохо, чтобы вникал в мои нужды. Чтобы монастырь был хорошим, располагался в хорошем месте, чтобы всё там было хорошо!» И вот человек с такими установками вступает в монашескую жизнь. Так начинал и я, становясь монахом,- говорит Владыка, — однако впоследствии, конечно, понял, что это ошибка. А в «Патерике» мы видим совершенно другое воззрение.

Так, некий юноша пошел к авве и спросил его: «Авва, куда мне пойти, чтобы спастись?» То есть «куда мне пойти, чтобы стать монахом»? И он сказал ему: «Чадо, туда, где есть труд, вот туда иди. Не ходи туда, где легко, если хочешь спастись. Если ты хочешь жить в удовольствии, хорошо и красиво, тогда ладно, иди туда, где легко. А если на самом деле хочешь обрести спасение, иди туда, где трудности, где нужен труд». Так и в семейной жизни. Когда христианин заключает брак, целью его должно быть спасение, а для этого тоже нужны трудности, нужен труд. А «самый большой подвиг для человека, по словам автора, – это превозмочь себя, и тут помогает любовь Божия». И «брак как таковой – это преодоление себя, даже самый счастливый брак». Это самопожертвование.

А еще, как отмечает Владыка, «когда мы говорим «спасение», то имеем в виду, чтобы христианин возлюбил Христа превыше всего, был соединен с Ним, чтобы обратил на пользу и духовно усовершенствовал свою жизнь в Иисусе Христе. И приступая к браку, он думает так: «Смотри, если я женюсь, значит, мой брак должен стать тем средством, которое приведет меня ко спасению…». И таким образом, брак для него становится крестоношением. И с этим крестом он идет за Господом. Об этом, т.е. о правильном понимании брака, говорит автор со страниц этой книги.

По словам митрополита Афанасия, «в браке спасаются многие люди». Об этом мы находим свидетельства и в житиях святых, и «в действительности есть женатые люди, даже превосходящие современных монахов. Когда человек очистит себя, улучшится и станет совершенным во Христе, тогда всё вокруг него меняется, и его брак, каким бы трудным он ни был, реально становится местом, где Бог являет Свое Царство. Поэтому в чинопоследовании венчания мы поем тропари мученикам: «Святии мученицы…» и т.д., возлагаем «мученические» венцы на головы молодоженам, и всё это показывает, что речь идет о мученическом пути через смерть (ветхого человека) в браке, ведущем к Царству Божию». Получится ли у современных супругов или у тех, кто только собирается жениться, пройти этот путь, и предлагает задуматься эта книга.

Для ознакомления приводим отрывок из книги

Любить, ничего не требуя

Сегодня «любовь» – исключительно популярное слово. Мы видим, что во имя любви совершаются даже преступления и другие нездоровые поступки, которые прикрываются тем, что они, дескать, делаются из любви. Очень часто любовь проявляется как сильнейшая энергия нашего эгоизма. Поэтому нередко мы наблюдаем следующее явление: человек, который думает, что любит другого, по сути ненавидит его, не оставляет ему никакой свободы, не дает ему совершенствоваться в его независимости, индивидуальности, а хочет покорить его, перечеркнуть его индивидуальность ради своей мнимо большой любви.

Самое трагичное здесь то, что мы не понимаем: эта так называемая любовь вовсе не настоящая любовь, а энергия нашего нездорового эгоизма. Поэтому отцы в качестве предпосылки для настоящей любви указывают на смирение, и это означает, что человек ничего не хочет для себя, он ничего не ищет для себя, а единственно для другого. Потому что любовь Христова, Любовь – это счастье, которое не сравнимо ни с чем на свете.

Она такое состояние, она так богата, велика, бесценна, что нет ничего на свете, с чем можно было бы ее сравнить, сказать, что эта любовь похожа вот на то. Отцы иногда говорят о Христовой любви в самых дерзновенных словах и самых смелых образах, но даже они недостаточно сильны, чтобы передать реальность Христовой любви.

Читайте так же:  Молитва о любви сочинение

Однако это только один аспект любви – любовь как счастье, как совершенствование нашей личности. Она есть совершенство, поскольку Бог, наш Первообраз, есть истинная Любовь. Бог есть любовь[1]. Но у любви есть еще и другой аспект – мученичество. Мученичество любви выше всякого другого мученического подвига. Христово мученичество – в Его великой и совершенной любви к людям.

Когда Он, молясь в Гефсиманском саду, сказал: «Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия» (Мф. 26: 39), – Он имел в виду не то, чтобы Ему не умереть и не быть распятым на Кресте за нас, ведь Он для этого и пришел в мир. Он пришел в мир, полностью сознавая, что идет для того, чтобы умереть за человека. Суть чаши, содержания этой чаши, о которой Господь молился, да минует она Его, – в том, что мы, те, кого Христос возлюбил до конца, возлюбил абсолютно, Божественно, мы, возлюбленные Божии, распнем Его.

Как мать, чье дитя идет, чтобы убить ее. Если бы ее зарезал враг, ее страдание было бы меньшим, чем когда ее убивает ее собственное дитя, которое она так любит и ради которого жертвует собой. Если ей скажет хульное слово какой-нибудь чужой человек, она перенесет это, но если ее дитя скажет ей то же самое, это причинит ей неимоверно большее страдание. Представьте себе, насколько сможете, какая это огромная боль, какое мучение для Бога – быть распятым нами, теми, кого Он безоговорочно любит!

В сущности, эта молитва Господа касалась не Его, а людей. Это о нас Он молился в тот час и за нас проливал кровавый пот, чтобы, если возможно, мы Его не распинали. Пусть это произойдет каким-нибудь другим образом, но только чтобы не мы – человечество, человек – совершили это зло.

Итак, мы с вами увидели мученическое измерение любви. Если мы вникнем в него, то каждый раз сможем исследовать нашу любовь в ее различных проявлениях, даже в наших естественных взаимоотношениях. Например, жена говорит: «Я люблю своего мужа, но с трудом выношу его».

Но разве это любовь? Любовь означает: умереть самому, лишь бы жив был он. Любовь означает страдать за других.

Ты возразишь мне: «Отче, но кто может сделать так?» И всё же мы должны знать, что требовать любви – признак духовного бессилия, чтобы не сказать: духовной болезни. Будем хотя бы сознавать, что мы бессильные, больные люди и поэтому нуждаемся в любви других. Как бы нам ни был неприятен такой диагноз, но он тоже порождение нашего эгоизма.

Святые не интересовались тем, любят ли их другие. Их интересовало то, любят ли они сами людей. Совершенство человеческой личности, наше совершенство как людей заключается в том, чтобы мы любили, а не были бы любимы другими. Потому что Сам Христос не сказал нам: «Когда вы будете любить других, они тоже будут вас любить»; Он не сказал нам, чтобы мы делали добро, за которое все будут любить нас и отблагодарят хорошими словами; Он не сказал нам, что если мы будем верить в Него, то все будут считать нас хорошими и хвалить. Одним словом, Он не сказал нам, что мы будем жить припеваючи как христиане. Напротив, Он сказал нам: «Если будете верить в Меня, вас неизбежно будут гнать».

Верить в Него значит любить людей, как Он их возлюбил. А они, несмотря на это, будут вас гнать, клеветать на вас, обижать, убивать, истреблять с лица земли. И всё это они будут делать, полагая, что тем самым приносят жертву Богу. Когда они будут убивать вас, то в этот час будут думать, что такова Божия воля, что вы такие страшные злодеи, такие окаянные, что Божия воля такова, что вас нужно истребить из мира сего, – и во имя Божие они захотят вас уничтожить.

Христос сказал нам, что Он будет посылать нас, как овец среди волков. Один старец со Святой Горы Афон говорил:

Видео (кликните для воспроизведения).

– Что это такое? Он не послал нескольких волков среди множества овец – скажем, трех волков среди 500 овец. Ну сколько съедят эти три волка? Ну, съедят они 10–15, 50 овец, а остальные останутся целы. Но если ты пошлешь пятерых овец посреди 500 волков, то от них не останется и косточки! И вопреки этому Христос сказал нам: «Вот, Я посылаю вас, как овец среди волков» (Мф. 10: 16). Это не значит, что братия, окружающие нас, – волки! Нет! Просто наш путь на свете мученический, и, идя по нему, человек совершенствуется.

Иными словами, христианин не может состояться другим способом. Если мы поймем это, мы, желающие слушать слово Божие и верить во Христа, тогда мы изменим способ, которым любим, и способ, которым требуем любви. Мы поймем, что мы должны любить, и не надо ждать, чтобы нас любили. А когда почувствуем, что начинаем претендовать на то, чтобы другой любил нас, чтобы он служил нам, понимал нас, тогда будем знать, что это духовное заболевание, что мы очень больны, очень слабы.

Люди в прошлом не были такими душевнобольными, как мы сегодня. У них не было наших проблем. А что происходит сегодня?

– Он меня не понимает, он не соглашается с моим мнением, он не проявляет понимания!

И пошло-поехало: распадаются семьи, дома, страдают родители, дети, всё рушится. Почему? Потому что «он меня не понимает».

Ну хорошо, он тебя не понимает. А ты не можешь проявить терпение? Перенести это?

– Я его люблю, а он меня не любит!

Но если бы ты его действительно любила, ты бы терпела его.

Мы слабые, и даже любовь у нас слабая. Поэтому для нас очень полезно узнавать истинные движения любви – это по меньшей мере позволит нам дать правильный диагноз нашему душевному миру. Чтобы хотя бы тогда, когда совершаем ошибки, понимать это, а не считать, что поступаем правильно.

Читайте так же:  Сын в дороге молитва

Входя в пространство Божией любви, святые вместе с тем вступают в великий мученический подвиг – подвиг любви ко всему миру. Часто мы смотрим на лики святых на иконах, слушаем рассказы из их жизни и говорим: «Как же у них всё хорошо и свято!» Читаем о святом апостоле Варнаве, святом Неофите и думаем, что вся их жизнь была такой хорошей, такой прекрасной близ Бога! Видим, как и к нам приходят люди и начинают ублажать нас:

– Отче, вы близки к Богу и молитесь день и ночь!

И думают, что наша жизнь – сказочное счастье оттого, что мы монахи… Или когда читают жития святых или мы рассказываем им о их подвигах, например о старце Паисии, то они думают, что жизнь этих святых людей была совершенным счастьем, радостью и покоем. Однако могу сказать вам, что эти люди или хотя бы те, кого я знаю, например старец Паисий, были далеки от подобных представлений о счастье.

Старец Паисий жил с такой болью в душе, вел такую мученическую жизнь, что никто даже не осмелился бы подумать об этом. Это был подвиг мученичества, который этот человек нес повседневно, поскольку имел огромную любовь к людям. Мы не можем понять этого, пока сами не испытаем. События, которые проходят для нас незаметно, для святых очень серьезны и очень трагичны. Каждое слово, не имеющее для нас большой ценности, для святых имеет.

Поэтому Пресвятая Богородица как Человек страдала больше всех людей на свете. Никогда не будет человека, который испытал бы большую скорбь, чем Она. Почему? Ведь и другие матери видели, как умирают их дети у них на глазах. И другие матери пережили это мучение. Но не то чтобы смерть их ребенка не была трагичной – конечно, была. Но ни у одного человека нет чувствительности и благородства души Пресвятой Богородицы в такой абсолютной и совершенной степени, чтобы испытать такую великую боль.

Поэтому мы видим, что как Господь, так и Пресвятая Богородица, а также святые были людьми, переносящими огромную боль. Боль эта обращается на пользу и получает ценность в духовной жизни. Поэтому когда наступает такой час, когда мы даем, но не получаем, жертвуем собой, а наша жертва не бывает понята, терзаемся, рвемся, а нас вопреки этому отталкивают, презирают, – это очень ценные моменты, дающиеся нам для нашего усовершенствования. Мы освящаемся в этой боли и в этом мученическом подвиге.

Объясняя тайну Креста как начертания, отцы говорят, что вертикаль Креста означает нашу любовь к Богу, а горизонталь – любовь к людям, ближнему. Эти две любви составляют крест. Он есть мученичество, и не просто мученичество, а смерть.

А если он смерть, то мертвец уже не может иметь никаких претензий. Не может ждать ничего, не должен ждать ничего. Поэтому в качестве предпосылки к любви отцы указывали на смирение. Смирение означает умерщвление своего эго, своих желаний, претензий, прав.

Разумеется, тут нужно напомнить, что существует огромная разница между этим умерщвлением и умерщвлением буддийским, индуистским умерщвлением. В восточных системах и философиях оно означает апатию, которая в сущности является бездействием, неподвижностью души к чему бы то ни было. «Умерщвление» же в Православной Церкви означает умерщвление греха, страсти и в то же время воскресение во Христе, оживотворение человека во Христе, обновление Божиего человека, со-образование нас с Христовой жизнью.

Бесстрастие в Православной Церкви означает отвержение страстей, а не бесчувственность. Оно означает отвержение греха, страстей; означает самую великую страсть – страсть любви.

Скажем несколько слов и о телесной любви, о которой человек думает, что когда мужчина влюбляется в женщину, то они должны иметь плотскую связь еще до благословения от Бога, то есть до таинства брака.

– А почему бы нам, если мы любим друг друга, не иметь такой связи? – говорят. – Мы не можем понять, почему же нет.

Потому что речь заходит об эгоизме.

Если их связь проистекает из настоящей, действительной любви, тогда каждый будет уважать другого, будет воспринимать его не только как плоть. Поэтому я и говорю иногда: ну хоть бы они, вступая в такие связи, чувствовали себя если не как-нибудь еще, то хотя бы сплоченными и счастливыми! Ну, для Церкви это грех. Но если бы семьи и люди чувствовали себя счастливыми, соединяясь между собой, – то хорошо.

Однако странно то, что когда люди соединяются телесно, они превращают плотское наслаждение в божество и науку; оно даже уже не наука, а выходит за рамки науки и становится божеством. Божеством в современном мире, и чем больше повторяются телесные контакты и люди свободно предаются им, тем больше они изолируются друг от друга и тем больше приближаются к деградации. Как объясняются эта деградация и отчуждение, все эти психологические комплексы и болезни в эпоху, которая не ставит никаких барьеров для свободных плотских связей между людьми? Поэтому эти связи не на пользу им, как часто думают люди.

Человек должен посмотреть в глубь вещей, понять, где тут разгул стихии и где признак любви. Это понимание начинается в тот момент, когда мы перестаем требовать чего-то от другого, а начинаем принимать его таким, какой он есть, уважать его, любить, совершенствоваться в отдаче ему того, что у нас есть.

Однако чтобы человек получил силу отдавать другому, не ожидая ничего, он должен вложить внутрь себя Божию благодать, Христа, Который первым умер за нас, не ожидая от нас ничего. Как говорит святой апостол Павел: еще когда мы были во грехе, Христос умер за нас. Он умер за нас в тот самый момент, когда мы отреклись от Него и были до крайнего предела полны грехов. Если мы поймем это, особенно молодые семьи, то научимся быть счастливыми.

Зло и разделения начинаются в тот миг, когда мы начинаем хотеть от другого, чтобы он отплатил нам, когда мы начинаем претендовать, ожидать и хотеть воздаяния за свою любовь, за услуги, которые мы ему оказали. Тогда в нас проникает микроб разделения. Если другой человек кроток, смирен и снисходителен, то хорошо, всё налаживается. Но если неприметный микроб разделения проникнет и в него, тогда разверзаются огромные пропасти.

Получается так, что когда двое встречаются вроде бы для того, чтобы разобраться, выяснить свои различия, то вместо примирения они делают эту пропасть еще больше. Потому что вместо того, чтобы поправить себя, каждый начинает поправлять другого, предъявлять претензии к нему, и таким образом всё становится еще хуже, чем было прежде. Тогда как человек, который действительно любит, смиренный, не смотрит на другого, а на себя, на свои ошибки, не требуя от другого взамен ничего.

Читайте так же:  Молитва для восстановления отношений с любимым

Митрополит Лимассольский Афанасий

Долгожданные новинки от издательства «Вольный Странник» готовятся к выходу из печати! Три новые книги о важных составляющих духовной жизни человека скоро порадуют своего читателя!

«Всегда радуйтесь. Непрестанно молитесь. За все благодарите». Эти стихи из первого послания апостола Павла к Фессалоникийцам известны почти каждому, они у всех на слуху: мы читаем их сами, слышим в проповедях, их часто цитируют в книгах. Но следуем ли мы этим призывам? И знаем ли как? А ведь в этих простых апостольских словах выражена вся основа нашей духовной жизни.

Мы выбрали для вас самые актуальные высказывания святых отцов и известных греческих духовников, раскрывающие современному человеку не только глубину слов апостола, но, что очень важно, — вмещающие реальные советы, как попытаться исполнить их в жизни.

«ВСЕГДА РАДУЙТЕСЬ»

Христианин — человек светлый, излучающий радость. Но в чем заключается истинная радость? Где ее искать и как сохранить? Как пронести доброе расположение духа сквозь скорби внешние и внутренние, через лишения и преодоления себя? И может ли человек вообще радоваться, когда нет сил справляться с трудностями и порой опускаются руки?

Святые отцы и современные греческие проповедники доступными и искренними словами, исполненными любви к нам, открывают из своего опыта секреты радостной жизни.

Один старец говорит об угрюмых людях:

— Мне хочется взять булавку, уколоть их и посмотреть, потечет у них кровь или уксус? А затем спросить, что течет в их венах? Человеческая, красная, горячая, сладкая кровь — или уксус?

Подходишь к такому человеку и прикасаешься к нему, а он становится унылым. Жалкое зрелище. Но, как я уже сказал, это искусство, и ему необходимо научиться, сесть и поработать над собой, стать более добрыми, лучезарными, радостными, славословящими людьми, а не ропщущими, отягчительными и кислыми особами.

Христианин — человек светлый. Он излучает свет любви Христовой, умиротворения и постоянства. Даже если кто-то и не знаком с ним, он чувствует, что может полагаться на него, не опасаясь предательства или разочарования. Перед светом Христовым тают снега, тени исчезают, сердца и объятия раскрываются.

Все прекрасное связано с болью, но и боль ведет к радости. Роза производит шипы, а из шипа вырастает роза. Радуга обычно появляется после грозы. Буря должна пройти, чтобы на небе стали видны звезды. Рассуждение, просвещенное христианской верой и любомудрием, рождает способность прозорливо смотреть вглубь вещей. В боли оно видит радость и надежду, ведь и Христос восторжествовал через боль Страстей и Креста.

«НЕПРЕСТАННО МОЛИТЕСЬ»

Молитва, по слову святых отцов, соединяет нас с Богом — Источником Жизни. Непрестанная память о Нем — это кислород для нашей души. Если мы не молимся — мы и не живем.

Как научиться молиться? Как молиться непрестанно? Возможно ли это среди многих житейских забот и повседневной суеты? Святые отцы и современные греческие духовники доступными словами расскажут нам о молитве, а самое главное, откроют каждому, что все преображается в жизни человека, когда он приступает к молитве.

Молитва — это все. Коль скоро я не умею молиться, как я уже говорил, то ничего и не делаю; и все заканчивается катастрофически, то есть саморазрушением.

Когда ты любишь человека, то желаешь постоянно думать о нем и с ним разговаривать. Так и душа, любящая Бога, должна непрестанно, и днем и ночью, думать о Господе.

Великое утешение и отдых для человека после утомительных забот дня — уделить молитве хотя бы немного времени. Посвятить какую-то часть суток своей душе, чтобы молитвой привлечь к себе благодать Святого Духа, так щедро изливаемую на человека в Церкви. Только таким образом он сможет действительно «отдохнуть», потому что отдых не зависит от количества часов сна или дней, проведенных в путешествиях, хотя, конечно, и это тоже является видом отдыха — телесного. Но отдых душевный, духовный имеет несравненно большее значение для человека. Когда человек действительно приобретет живую связь с Богом, это становится для него самым большим и приятнейшим утешением.

«ЗА ВСЕ БЛАГОДАРИТЕ»

Умеем ли мы благодарить? И за все ли мы благодарим Бога и ближнего?

Святые отцы и современные греческие проповедники призывают нас познать тайну благодарения: ведь научившийся за все благодарить и славить Бога — самый счастливый человек. Благодать, привлекаемая благодарением, постоянно приносит утешение, помогает мужественно переносить случающиеся невзгоды и приносить истинную радость в сердце человека.

Имея доверие Богу, человек может сделать свою жизнь райской. Он славит Его за все и, как от доброго отца, принимает Его руководство. В противном случае человек превращает свою жизнь в адскую муку. Великое дело — еще в этой жизни отчасти чувствовать райскую радость.

Мы благодарим Бога за все отрадное, но гораздо важнее благодарить за другое: в нашей жизни обстоятельства часто складываются не так, как хотим мы. Например, мы молимся, и нам кажется, что Бог нас не слышит. Просим выздоровления, а болезнь наша усиливается. Просим у Бога каких-то даров, а Бог не дает нам. Все происходит вопреки нашей воле. Человек, не научившийся благодарить Бога за все, особенно за превратности, не изменится ни на волос, останется таким, каким он родился. У него не будет никакого преуспеяния.

Сегодня мы редко благодарим, и когда мы такие неблагодарные и недовольные люди, то утомляем окружающих нас людей. Лично я убежден в том, что человека, который недоволен жизнью, трудно понять, потому что, что бы он ни получил, что бы он ни имел, все равно найдет повод быть недовольным. Он всегда произнесет словечко «но», чтобы выразить свое недовольство.

Видео (кликните для воспроизведения).

Всегда радуйтесь. Непрестанно молитесь. За все благодарите. Это возможно каждому из нас.

Митрополит афанасий лимассольский о молитве
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here