Молитва как жанр литературы

Предлагаем ознакомиться: Молитва как жанр литературы с точным и подробным описанием.

Молитвой является словесный жанр, обращение человека к высшим силам, в существование которых он верит. В современной лингвистике до сих пор остается вопрос, к какой форме речевого общения (диалогической или монологической) принадлежит данный жанр. С одной стороны, молитва как жанр не предполагает вербально выраженной реплики-реакции, которая, согласно традиционному пониманию диалога, составляет диалогическое единство с репликой-стимулом. С другой стороны, для каждого верующего человека молитва — это разговор с Богом: «обращение же наше к Богу есть молитва. Значит, молитва есть беседа или разговор наш с Богом». [9, с.31].

Говорящий произносит молитву в надежде на ответ, который выражен не вербально. Кроме того, читая молитву, человек анализирует и свои поступки, помыслы, чувства. Диалогичность молитвы отмечают многие исследователи, например, Л. В. Балашова, М. Войтак и священнослужители, например, по словам Игумена Филарета, «молитва есть беседа человека с Богом. Кто помнит, знает, любит Бога, тот непременно будет обращаться к Нему, а это обращение и есть молитва». Молитва как жанр по своей природе очень близка к жанру лирики. Под лирикой понимается «поэзия, объектом которой являются личные или коллективные переживания человека в форме непосредственно выражаемых чувств» [10, т.6]; «лирическая поэзия… изображает внутренний мир души, ее чувства, ее понятия, ее радости и страдания.

Такая композиция нередко повторяется и в поэтической молитве, однако лирический текст может не содержать всех элементов церковной молитвы.

Молитвой является словесный жанр, обращение человека к высшим силам, в существование которых он верит. В современной лингвистике до сих пор остается вопрос, к какой форме речевого общения (диалогической или монологической) принадлежит данный жанр. С одной стороны, молитва как жанр не предполагает вербально выраженной реплики-реакции, которая, согласно традиционному пониманию диалога, составляет диалогическое единство с репликой-стимулом. С другой стороны, для каждого верующего человека молитва — это разговор с Богом: «обращение же наше к Богу есть молитва. Значит, молитва есть беседа или разговор наш с Богом». [9, с.31].

Говорящий произносит молитву в надежде на ответ, который выражен не вербально. Кроме того, читая молитву, человек анализирует и свои поступки, помыслы, чувства. Диалогичность молитвы отмечают многие исследователи, например, Л. В. Балашова, М. Войтак и священнослужители, например, по словам Игумена Филарета, «молитва есть беседа человека с Богом. Кто помнит, знает, любит Бога, тот непременно будет обращаться к Нему, а это обращение и есть молитва». Молитва как жанр по своей природе очень близка к жанру лирики. Под лирикой понимается «поэзия, объектом которой являются личные или коллективные переживания человека в форме непосредственно выражаемых чувств» [10, т.6]; «лирическая поэзия… изображает внутренний мир души, ее чувства, ее понятия, ее радости и страдания.

Такая композиция нередко повторяется и в поэтической молитве, однако лирический текст может не содержать всех элементов церковной молитвы.

Секция: Филология

LIII Студенческая международная научно-практическая конференция «Молодежный научный форум: гуманитарные науки»

Жанр молитвы в лирике М.Ю. Лермонтова

М.Ю. Лермонтов за свои 26 лет оставил большое творческое наследие в литературе. В нем мы находим и борьбу противоположных мнений, и ограниченность истории русской литературы. Особо следует отметить лермонтовское религиозное мировоззрение, на которое обращают внимание лермонтоведы – Л.Я. Гинзбург, Е.Н.Михайлова, И.Л. Андроников, В.А. Мануйлов и др. Некоторые лермонтоведы считают, что библейский сюжет не мог не повлиять на поэта. В 80-х годах XX в. в свет выходит ряд статей: «Религиозные мотивы», «Библейские мотивы», «Богоборческие мотивы», которые друг с другом переплетаются в один библейский сюжет.

Следует отметить, что интерес к библейской проблематике не только требует анализа отдельных произведений, но и вызывает интерес у поклонников лермонтовского наследия. Именно поэтому для критиков предоставляется возможность еще и еще раз вернуться к тщательному исследованию библейских произведений, написанных выдающимся поэтом.

Анализ молитвенных мотивов позволил по-новому взглянуть на эволюционный жанр молитвы в наследии Михаила Юрьевича. Актуальность статьи видится в исследовании религиозного состояния души поэта, его покаяния, веры в милосердие, надежды на спасение, христианской любови, которые пронизывают поэзию М.Ю. Лермонтова. Его поэтическое воплощение лежит в человеке как Божием образе и подобии [1, с. 196].

Прежде всего, следует раскрыть понятие «молитва». Молитва это – живое общение с Богом. В нее вкладывают и веру в отеческую любовь Всевышнего, и убежденность в действенности молитвенного слова, и стремление к покаянию, очищению, спасению. Молитвы – это религиозно-мистическое творчество. М.Ю. Лермонтов в своей поэзии не остался равнодушным к религиозному жанру. Он неоднократно возвращался к этой теме. «Одну молитву чудную Твержу я наизусть. Есть сила благодатная В созвучьи слов живых, И дышит непонятная, Святая прелесть в них». По-детски просто у М.Ю. Лермонтова народ услышал молитву: «Есть речи: значенье Темно иль ничтожно, Но им без волненья Внимать невозможно…»[2, с. 28]. Часто и сам М.Ю. Лермонтов употреблял в своей речи – «значенье ничтожно». На наш взгляд, он хотел, чтобы эти речи слышали от него другие, которые познавали бы смысл: «Душа их с моленьем, Как ангела, встретит, И долгим биеньем Им сердце ответит».

Для Лермонтова его молитва всегда была тайная. Многие литераторы, критики считали М.Ю. Лермонтова безбожником, что он никогда не был религиозным человеком. Но это было лишь заблуждением. Для Михаила Юрьевича абсолютной реальностью был Бог. И, несмотря на то, что поэзия порой его уводила далеко от Божиих путей, он сам осознал, что так не должно быть, что это может погубить его. В такие минуты он просит Бога не карать его, так как понимает свою вину перед Всевышним, что приводит поэта к страху предстать пред Его Очами: «К тебе ж проникнуть я боюсь».

В 1837 году Лермонтов пишет стихотворение «Молитва», которая на многие века остается в русском стихе («Я, Матерь Божия, ныне смолитвою. »). Молитва «Я, Матерь Божия» ни на одну молитву непохожа. Можно с уверенностью сказать, что «Молитва» в лирике М.Ю. Лермонтова предстает пред нами как благоговейная любовь, что может быть названа гимном чистоты, нежности, душевной красоты. В «Молитве» М.Ю. Лермонтов воспел не только могущество «слова», но и библейскую лексику. Верующие видят в духовном поэте поэтические шедевры о сердечной связи Михаила Юрьевича с космосом, частью которого он ощущал планету Земля, запечатлев её «в сиянье голубом».

Читайте так же:  Молитва как отпустить любимого человека

Стихотворения-молитвы поэта не лишены противоречивости в религиозных взглядах. Так, «Молитва» 1829 г. – это мольба-спор, обращенная к Господу. Герой стихотворения – живой, реальный человек, который занят своим любимым делом – написанием стихов. «Лава вдохновения» «клокочет» в его груди. Он понимает земной мир «с его страстями», но «дикие волнения» жизни «мрачат стекло» его очей. Тяга к творчеству является самым сильным из земных переживаний. Поэзия овладела всей его душой, не оставив там места для «живой речи» Бога. Ум поэта уносится вдаль от Божьей дороги, возможно, поэтому сам он находится в «заблужденье» [3, с. 561]. Конфликт стихотворения в том, что юному поэту тесно в земном мире, но он не решается приникнуть к миру Всевышнего, поскольку «звуком грешных песен» молится не ему. Душа лирического героя не может совладать с талантом, который дан ему свыше. Лермонтов обращается с молитвой к Всесильному, чтобы он освободил поэта от «жажды песнопенья» и обратил его сердце в «камень», что поможет встать на «тесный путь спасенья». Юный поэт осознает силу своего таланта, но благоволит не царству Божьему, а «могильному» «мраку земли», с его страстями, заблуждениями, «дикими волнениями», «звуками грешных песен».

«Молитва» 1837 г. – с одной стороны, молитвословие, с другой – шедевр любовной лирики: лирический герой молит Бога дать счастье любимой женщине, хотя сам поэт является «странником с пустынной душой». В стихотворении звучат богоборческие мотивы. Поэт пытается раскрыть перед Всевышним свою жизнь в тесном для поэтических звуков «земном мире». Он просит Творца дать ему свободу, забрать у него ниспосланный поэтический талант, то есть отказывается от дара Бога. Но отнятый песенный дар – это лишение поэта жизни, а значит обретение пути спасенья возможно только для простого смертного, а не поэта.

«Молитва» 1839 г. – это вдохновение поэта, светлая грусть и надежда. Стихотворение выражает идею отказа от прежних сомнений, скепсиса, приводящих поэта в состояние грусти. Лермонтов акцентирует внимание на «силе благодатной» святого слова. Основываясь на этом, можно сказать, что стихотворение «Молитва» является соединением тем: вера, душевное просветление тесно переплетаются со словом, что аккумулируется поэтом в тему творчества.

В другом стихотворении Лермонтов дает такую характеристику творчеству: «из пламя и света рожденное слово».

Такая идейно-тематическая связь возникает неслучайно. У Лермонтова уже в самых ранних стихах появляются две музы – одна демоническая, которая несет настроения сомнения, скепсиса и приводит к тоске и скуке; другая – муза, помнящая небесные «песни святые», о которых говорится в раннем стихотворении «Ангел». На протяжении многих лет идет напряженная внутренняя борьба этих муз, но ко времени создания «Молитвы» исход этой борьбы становится очевидным.

Лирический жанр – это особое творческое развитие поэта, его открытие и существенное звено поэтического наследия.

В своем жанре М.Ю. Лермонтов неоднократно обращался через молитвы к Библии при написании стихов [5, с. 183]. Главным является тот факт, что М.Ю. Лермонтов несмотря на противоречивость в отношении к Богу в своих литературных творениях представлял разные грани богопознания: хвала и обвинение, сомнения и вера, смирение и бунт.

В последние годы XX века вновь возрос интерес к творчеству поэта с точки зрения взаимоотношения его художественного мира с христианством. Таким образом, жанры молитвы в лирике у поэта – многообразное явление, в котором для исследователей открывается новое пространство для дальнейшей деятельности.

Перевалова О. А.

Глава I. Молитва как литературно-культурный феномен

Жанровая модель литературной молитвы

Если понимать под молитвой (словом) обращение к Богу, то, очевидно, рассмотрение ее как жанра религиозного дискурса, в качестве основы литературной молитвы.

Молитва (как знак культуры) – «жанр конфессионального общения, словесное обращение человека к высшим силам, в существование которых он верит», имеющее определенную структурную композицию: «личное обращение, изложение предмета молитвы и оснований (просьбы, благодарности или прославления)»[1]. Так называемая «церковная молитва», безусловно, отличается от молитвы поэтической, литературной. Данные отличия основаны на принадлежности вышеназванных жанровых модификаций к разным сферам сознания. Церковная молитва принадлежит религиозному стилю, тогда как поэтическая – вмещает в себя законы художественного стиля, не отрицая при этом религиозных концепций, т. е. являясь своего рода «вторичным образованием» по отношению к первоисточнику.

Молитва как основной жанр религиозного стиля имеет, по мнению польской исследовательницы М. Войтак[2], следующие особенности:

1) «формульность, связанная с существованием композиционных формул»;

3) «основной принцип организации текста – повтор»;

4) содержание «специальной лексики, позволяющей выразить свойственное религиозному стилю видение мира, с признанием приоритета сакральной сферы, и устанавливающей форму соотношения человека с ней» («наличие вокативных и императивных форм, преобладание превосходной степени»);

5) функционирование в виде «готового текста, к которому участник обряда относится как к собственному», а потому наделяет его «экспрессивной функцией» и выражает с его помощью «собственные переживания и убеждения»;

6) наличие «определенной структуры и иллокуционного потенциала».

Таким образом, молитва (как факт религиозного дискурса) имеет четко выраженную диалогическую природу. Психологическая составляющая молитвы заключает в себе изначальную готовность верующего человека к общению с трансцендентной Высшей сущностью и Божественную инициативу начала диалога, явленную в априорном знании человека о мире и Боге. Но, по мнению Т. В. Бердниковой, «молитва как жанр не предполагает вербально выраженной реплики-реакции, которая, согласно традиционному пониманию диалога, составляет диалогическое единство с репликой-стимулом: говорящий произносит молитву в надежде на ответ, который выражен невербально»[6]. «Автономная ценность религиозного диалога связывается при этом, – пишет М. Войтак, – с тремя основными типами позиции молящегося человека: религиозного ожидания (надежды), религиозного понимания (веры) и преданности (любви)»[7].

Молитва как художественный текст ориентирована на молитвенное слово (как на память о церковной природе жанра) и приятие акта Богообщения как текстопорождающего фактора. Жанровое самосознание определяет и речевые особенности литературной молитвы, основной функцией которой становится воздействие на внутренний мир воспринимающего сознания путем вовлечения его в ситуацию духовного сопереживания и побуждения к религиозному отклику. Коммуникативная структура молитвы как диалогического художественного текста может быть выражена несколькими способами: 1) адресат – Бог, адресант – лирический субъект[8]; 2) адресат – человек, адресант – Бог; 3) лирический субъект – реципиент (читатель, воспринимающее сознание): в данном случае трансцендентное начало получает лишь вербальное выражение в тексте как результат авторской рефлексии по поводу пережитого акта Богообщения.

Читайте так же:  Что делать если Бог не слышит мои молитвы

Генетическая связь литературной молитвы с молитвой религиозной обнаруживается уже в контексте и структуре стиха, поэтому можно утверждать, что обращение художников к данному жанру обусловлено явлением жанровой «памяти». Тем не менее, функциональность жанра поэтической молитвы связана не только с «памятью жанра», но и с типологическим характером духовной природы произведений данного жанра, что существенно отличает их от текстов, жанровые особенности которых определяются только по литературным критериям. Таким образом, можно говорить о полижанровости молитвенной лирики и ориентированности ее на традиционные жанры религиозного дискурса.

Действительно, основу поэзии составляет личный духовный опыт, а сам язык ее в определенном смысле сакрален и предполагает непременный сверхтекстовый смысл – поэзия «преодолевает» язык как «лингвистическую определенность»[12], язык (слово) для нее – материал для формы выражения.. «В поэзии вообще, – пишет В. А. Котельников, – сильна память о ее сакральном происхождении… повинуясь “зову изнутри”, поэзия естественно влечется к молитве. Тем более это свойственно поэзии русской, никогда не отрывавшейся от “гиератического стиха” [т. .е. «священного, жреческого». – О. П.], коего, по мнению Н. В. Гоголя и Вяч. Иванова, “требует сам язык наш (единственный из всех живых по глубине напечатления в его стихии типа языков древних)”. То, что можно назвать подлинным молитвенным творчеством в поэтическом слове совершается не на поверхности текста, а в более глубоких слоях речи»[13].

Схожую с И. З. Сурат позицию в рассматриваемом вопросе занимает и С. А. Кибальник, разделяющий «фидеистическую основу религии» и «гносеологическую природу художественного текста»: «Литературное творчество вообще, уже по самой своей природе, никогда не может носить чисто религиозного характера»[16]. Основу поэзии, по мысли большинства литературоведов, затрагивавших в своих работах данную проблему, составляет личный духовный опыт, становящийся в ходе творчества, и потому она не может в тематике своей прямо воплощать конфессиональное сознание. И. З. Сурат называет воплощение религиозного сознания в поэтическом творчестве онтологическим противоречием природе лирических жанров, рождение которых невозможно из «готовых смыслов и заданных идей», ибо они слагаются «в недрах личности из индивидуального внутреннего события». «Если смысл стихотворения существует до его создания, – подытоживает свои наблюдения исследовательница, – в виде определенного религиозного знания, то тем неизбежно уничтожается самый акт творчества»[17]. Подобные утверждения, на наш взгляд, свидетельствуют о неоднозначном понимании статуса стихотворной молитвы и недостаточной изученности жанра, что еще раз подчеркивает актуальность обращения к данной проблеме.

В церковной среде известно некоторое недоверие к искусству вообще[18], но и искусство осознает свою непринадлежность религии, при этом не отрицая Божественной сути творчества. Отрицается, преимущественно, возможность «религиозного характера» искусства[19], но само понятие религиозности искусства или религиозной темы в искусстве не уточняется. В то же время С. Булгаков отмечает существование особого рода искусства («художественности») – «Церковного», в котором происходит совмещение «религиозных и художественно-творческих потребностей человека» и соединение «творческих заданий искусства с церковным опытом»[20]. Иную точку зрения на творческую природу молитвы и молитвенную природу искусства обнаруживаем в наследии архимандрита Софрония (Сахарова), который признает возможность совместного бытования молитвы и искусства, как двух форм единого целого (человеческой жизни, сознания) при условии, что «искусство исходит из молитвы и жизни по заповедям»[21].

Таким образом, можно говорить о молитвенности как типологическом свойстве поэзии, проявляющемся не в теме или настроении лирического произведения, не в его религиозной заданности, а в связи художника с «верховным источником лиризма». Молитвенное начало воздействует непосредственно на душу читателя, но выявить и проанализировать его в большинстве случаев практически невозможно.

Специфика стихотворной молитвы определяется ее функционированием в пограничной области литературы и религии. «Творческое восприятие религиозного таинства, – пишет Э. М. Афанасьева, – несомненно, ориентировано на некий жанровый канон, оформившийся вне литературной области и именно под его воздействием создающий новую эстетическую реальность. Богообщение в его религиозном понимании преобразуется поэзией в особую модель эстетического переживания религиозной ситуации, которая в разные периоды жизни поэтов по-разному актуализирует мировоззренческие акценты духовно-творческого плана»[30].

Актуальность обращения к жанру молитвы обусловлена особенностями ментальности русских поэтов. Так, например, поэт начала XX в. З. Н. Гиппиус утверждала, что в русской поэзии существует литературная традиция молитвы. В ряду поэтов, слагающих молитвы, она называла Пушкина, Некрасова, Тютчева, Лермонтова. В связи с существованием этой традиции Гиппиус сделала вывод о молитвенной природе лирики и ее онтологической особенности: «у каждого поэта и у каждого времени – свой Бог, а значит, и своя молитва, свои законы ее сложения»[34].

Синтезируя представленные выше точки зрения исследователей на жанровую природу молитвенных текстов, попытаемся дать собственное определение. Молитва – жанр лирической поэзии[35], ориентированный на определенный канон (молитвенные тексты, входящие в религиозную практику) и обладающий по отношению к нему некоторой степенью вторичности, но не являющийся в полной мере «каноническим» жанром в силу отсутствия многовековой истории жанра, его историко-литературной «молодости» по сравнению с такими традиционными жанрами, как элегия, ода, сонет и т. д.

Произведения жанра молитвы обладают молитвенным дискурсом и характеризуются следующими особенностями:

2) медитативным и рефлективным характером;

Видео (кликните для воспроизведения).

3) наличием определенной структуры, сохраняющей черты молитвенного канона;

4) устойчивым тематическим и мотивным комплексом;

5) повышенной клишированностью (трехчастная структура, форма обращения, просьбы, синтаксический параллелизм, анафоры);

6) метафоричностью и афористичностью;

7) сочетанием черт художественного и церковно-религиозного стилей;

Читайте так же:  Утренняя молитва сунна

8) отсутствием строго фиксированной стиховой формы.

Следует отметить, что как жанр, сохраняющий каноническую природу на генетическом уровне, молитва обладает «жанровой памятью», характеризуется амбивалентной природой, связанной, прежде всего, с антиномичностью религиозного и отчасти поэтического сознаний, и подвержена трансформации и исторической эволюции.

Другими словами, молитвенный дискурс – это своего рода медитативный фон, в рамках которого происходит акт молитвенной коммуникации, подчиненный идее Богообщения и содержащий определенный тематический комплекс – вариации молитвы: 1) молитва – выражение благодарности Богу; 2) молитва – просьба о заступничестве и даровании Божественной милости; 3) молитва – как акт раскаяния за грехи, сожаление о них; 4) воспоминание–рассказ о молитвенном событии и т. д.

Влияние молитвенного дискурса на русскую культуру вообще, и на литературу, в частности, – практически не исследованная область национального дискурса. «Молитва, – как утверждает Э. М. Афанасьева, – долгое время воспринималась как само собой разумеющееся явление, разлитое в ментальном пространстве, а потому – некая данность, не допускающая отстраненной оценки»[37]. Несомненно, что прежде чем рассматривать молитвенное творчество русских поэтов, необходимо определить специфику молитвы как философско-психологического и культурного феномена и влияния ее на поэзию.

«Молитва – главный сущностный момент культа любой религии, единственное “средство общения” с божеством, способ воздействия на него с целью расположить к себе»[38]. Молитву невозможно рассматривать единственно как явление религиозной природы, она органично вбирает в себя черты национального дискурса, становится важной составляющей жизни народа. «С богословской точки зрения, молитва признается вместилищем духовной жизни или самой духовной жизнью в движении и действии»[39]. При исследовании молитвенных текстов следует учитывать философский и творческий аспекты их создания. Каноническая молитва – как своеобразный «сборник» идеологических и нравственных норм, определяющих духовное и земное бытие человека, – явилась для русских поэтов первоисточником лирического жанра.

studopedia.org — Студопедия.Орг — 2014-2019 год. Студопедия не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования (0.005 с) .

С целью описания религиозного языка в современной русской теолингвистике используются различные подходы. Один из таких подходов связан с теорией речевых жанров. В рамках этого направления изучаются проповедь, молитва, различные этикетные жанры (приветствие, прощание, утешение, поздравление, благодарность, извинение и т.д.). Исследователи , работающие в этом направлении, допускают, что религиозный язык в рамках этого подхода может рассматриваться как система жанров, с присущими каждому из них стилистическими особенностями.

Одним из основных жанров религиозного языка является молитва. Молитва – это обращение к Богу. В современной лингвистике до сих пор остается вопрос, к какой форме речевого общения (диалогической или монологической) принадлежит данный жанр. С одной стороны, молитва как жанр не предполагает какой-либо ответной реакции, которая, согласно традиционному пониманию диалога, составляет диалогическое единство с репликой-стимулом. С другой стороны, для каждого верующего человека молитва – это разговор с Богом, своего рода обращение к нему, а всякое обращение предполагает ответ, а значит молитва есть беседа с Богом. По мнению М.М. Бахтина, «каждый речевой жанр в каждой области речевого общения имеет свою, определяющую его как жанр типическую концепцию адресата» [6. С.79]. Адресат «диалогических» жанров различен: это может быть человек (реальный или воображаемый), группа людей, наконец, высшая духовная сила, Бог. Адресат задает тональность общения: обращения в молитве имеют сакральный характер. К Богу человек обращается с просьбой, благодарностью, внутренним вопросом. Но если молитву рассматривать как диалог, то эта связь будет невербальной.

В православии молитву рассматривают с разных точек зрения: где она совершается, каким образом, её содержание, характер (например, молится человек один или идёт на службу и храм) и т.д. Подразделение молитв в определённой степени условно и введено лишь для той цели, чтобы помочь верующим правильно организовать свою молитву. По этому принципу молитву можно условно разделить на домашнюю (частную) и церковную или общественную (соборную) молитвы.

— Домашняя (частная) молитва. Это уединённая молитва. Её широким смыслом является общение с Богом в сердце каждого человека. В доме (квартире) православного человека отводится для неё специальное место-красный угол. Все члены семьи (если они конечно все православные) помимо уединённой молитвы каждого, молятся вместе, что усиливает эффект.

— Церковная или общественная (соборная) молитва. Это общая молитва православных христиан в храме (молитвенном доме, часовне). Возглавляют её священнослужители. Соборная молитва, по словам Христа, считается сильнее частной: «Если двое из вас согласятся на земле просить о всяком деле, чего бы ни попросили, будет им от Отца Моего Небесного. Ибо, где двое или трое собраны во имя Моё, там Я посреди них» [Мф., 18:19 – 20]. Церковная молитва неким образом развивает молитвенное чувство, помогая поддерживать живую связь души с Богом. Поэтому считается, что домашняя молитва обязательно должна дополнятся церковной (участием в богослужения).

Молитва каждого молящегося человека индивидуальна. Её содержание зависит от духовных переживаний молящегося, жизненных обстоятельств, каких-либо личных аспектов. Однако любая молитва как план выражения, несёт за собой определённый план содержания, мотив обращения к Богу(призыв, просьба, благодарение и т.д. ). На этом основании можно выделить такие виды молитв:

1)Молитва-прошение. Молитва-прошение означает “смиренное горячее моление” или “просьбу”. Это нечто гораздо более прочувствованное сердцем, чем обычная просьба. Чаще всего люди просят Бога помочь им в житейских нуждах, укрепить в различных испытаниях, уберечь душу от греха. С православной точки зрения, Богу известны нужды каждого, но чтобы Он мог дать благодатную помощь, человек должен попросить о ней.

— среди кратких прошений – «Господи, благослови», «Господи, спаси и сохрани». Яркий пример просительных молитв на богослужении – ектений с припевами «подай, Господи» и «Господи, помилуй

— это просьба о прощении грехов («Господи, прости», «Боже, будь милостив мне грешному!»). К такой молитве человек прибегает, когда раскаивается в поступке, за который ему стыдно перед Богом и перед людьми.

— примером молитвы-покаяния служит 50-й псалом («Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей…»). Среди особо построенных молитвенных произведений – канонов – есть покаянные: например, канон святого Андрея Критского, который читают в храмах в начале Великого поста, покаянные каноны Иисусу Христу и Богородице, читаемые верующим перед исповедью (есть в любом молитвослове) и др. К покаянным молитвам относится Иисусова молитва. В православии молитва покаяния вводит человека в Царство Божие. Слово “покаяться” означает “изменить”, то есть повернуться и пойти в другом направлении. Посмотрим, что говорит Библия о покаянии: “Итак, покайтесь и обратитесь, чтобы загладить грех. Да придут времена отрады от лица Господа” [Деяния 3:19,20].

Читайте так же:  Какие молитвы читают в синагоге

3)Молитва-благодарение. -Православный человек благодарит Бога, когда получает просимое («Благодарю Тя, Христе Боже…», «Слава Богу»). Те или иные блага в своей жизни, о которых он не просил, он считает милостью Бога к себе и тоже благодарит за них. Если желаемое не исполнилось, православный христианин благодарит Бога всё равно, поскольку верит, что Господь любит его и устраивает всё для спасения его души. А то, что не осуществилось, возможно, преждевременно или вредно для него, только человек не всегда знает об этом – ему трудно постичь премудрость Божию. Для всех случаев, даже в скорбях, подходит благодарственная молитва «Слава Богу за всё». За все благодарите. [1 Фес. 5, 18]. Уста, всегда благодарящие, приемлют благословение от Бога. (Прп. Исаак Сириянин ).

4) Хвалебная молитва (славословие)

Основывается на чувстве благодарности Богу и основана на личном духовном опыте, в котором человек постигает любовь и милость Бога к нему. Одна из таких хвалебных молитв: «Слава тебе, Боже наш, слава Тебе».В этой молитве молящийся ничего не просит, а только славит Бога. Ее можно сказать короче: «Слава Богу». Произносится она по окончании дела в знак на благодарности Богу за Его милости. Хвалениями начинаются и заканчиваются многие молитвы и любое церковное богослужение («Благословен Бог наш…», «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу…», «Достойно есть яко воистину блажити тя, Богородицу…» и др.)

5)Молитва-ходатайство. Посредническая молитва за других людей. Апостол Павел верил, что через ходатайство люди могут измениться. Человек молится за : за своих родных и близких, а также за мирян, за священнослужителей, за Церковь в целом, т.к. все православные люди, с церковной точки зрения, братья и сёстры. Православные молятся также о стране и её властях; молятся не только о живых, но и об умерших христианах, а также обо всех людях. В частных молитвах православные христиане могут ходатайствовать перед Богом за некрещеных, за самоубийц, прося при этом, чтобы Бог не принял их молитву за грех. В случае тяжёлых испытаний, болезней, трудно разрешимых проблем принято обращаться за молитвенной поддержкой к другим, выражая просьбу в форме: «Сестра (брат), помолитесь о …» (излагается предмет, например, «о здоровье тяжело болящей рабы Божией…). Существует форма молитвы по соглашению, когда несколько человек, горячо ходатайствую перед Богом за кого-то (что-то), договариваются читать определённые молитвы, Евангелие или Псалтирь. Если православный человек терпит несправедливые притеснения от другого, он старается не держать зло на своего недоброжелателя и, наоборот, молится за него. Считается, что такая молитва («об искоренении вражды») налаживает взаимоотношения.

Все перечисленные виды молитвенных обращений не существуют обособленно, многие молитвы, особенно церковные, соединяют в себе и хвалу богу, и прошение, и покаяние, поскольку молитвенное общение православного человека с Богом должно быть гармоничным и естественным.

Молитва – это обращение к Богу. Молитва – «жанр конфессионального общения, словесное обращение человека к высшим силам, в существование которых он верит» [Культура русской речи 2003: 332].

В современной лингвистике до сих пор остается вопрос, к какой форме речевого общения (диалогической или монологической) принадлежит данный жанр.

МОЛИТВА КАК ОСОБЫЙ ПОЭТИЧЕСКИЙ ЖАНР

Крицкая Наталья Викторовна

канд. филол. наук, доцент ГУДОВ «ВО ИРО», г. Витебск,
Республика Беларусь

Формирование жанров христианских религиозных текстов происходило на протяжении определенного времени и отличалось своеобразной закономерностью. В.И. Карасик указывает на то, что для квалификации жанровой природы речи необходимо не только выявление типовых действий говорящего, но и определение целого круга многомерных отношений: участники коммуникации (минимум два), предмет речи, предлагаемый адресантом, предмет речи, воспринятый и, может быть, дополненный адресатом — вот четыре точки в пространстве коммуникативного акта, которые представляют минимальный набор объектов, вступающих во взаимоотношения в ходе реализации того или иного речевого жанра. Он же выделяет четыре жанра религиозного дискурса: молитва, проповедь, исповедь и обрядовое действие [3, с. 4, 7, 9, 12].

В Толковом словаре русского языка молитва толкуется как «1. В религии: установленный канонический текст, произносимый при обращении к Богу, к святым. 2. Моление, обращенное к Богу, к святым». Молитва — это акт любви, в которой любовь к Богу проявляется более всего, так как все способности человеческой души через молитву сознательно и актуально обращаются к Богу и соединяются с ним [6, с. 362].

Словом «молитва» определяют особое духовное состояние человека. Сложно дать однозначное определение этому феномену духовной жизни, поскольку это состояние изменчиво. В энциклопедии «Христианство» дается следующее определение, основанное на противопоставлении земной (телесной) и небесной (духовной) жизни: молитва является «вместилищем всей духовной жизни или самой духовной жизнью в движении и действии» [7, с. 142]. Конечно, это наиболее общее определение, но вместе с тем оно четко локализует молитвенное событие в жизни верующего.

В Библейской энциклопедии молитва толкуется как «возношение ума и сердца к Богу, являемое благоговейным словом человека к Богу» [2, с. 292]. Св. Иван Златоустый утверждал, что «молитва — это определенный якорь для тех, кому угрожает опасность; это сокровище, которое способно обогатить и излечить физически».

Истоки поэтической молитвы следует искать в молитве канонической. Изначально коммуникативная функция канонической молитвы — обращение к Богу с целью восхваления, с той или иной просьбой или с благодарностью. В.А. Мишланов в своей статье «Молитва как речевой жанр» утверждает: «Отречение реальной обратной связи сближает молитву с любым поэтическим произведе­нием. Собственно говоря, молитва и есть одно из древнейших поэтических творений, более того, лирическая поэзия опирается на молитву как на один из основных её прототипов» [5].

Читайте так же:  Как правильно читать молитвы и какие

В данной статье нами рассматривается не просто молитва в религиозном понимании этого слова, а то, что Э.М. Афанасьева обозначает как особый поэтический жанр — стихотворная молитва. В этом жанре создается «новая эстетическая реальность», в которой важную роль играет богообщение и «установка молящегося (трансцендентная или имманентная) на духовное преображение или преображение окружающего мира в процессе богообщения» [1, с. 17].

Стихотворная молитва многое взяла от канонической: содержание, состояние лирического героя, адресация, деление на жанры, поэтические приемы. В истории русской поэзии есть незаслуженно забытые имена. Федор Николаевич Глинка — русский поэт, создавший большое количество стихотворений, известен современному русскому читателю только как поэт-декабрист, автор романсов «Сон русского на чужбине» и «Не слышно шуму городского…». Молитва для Ф.Н. Глинки всегда была важным способом духовного самосовершенствования: «К Тебе, мой Бог, спешу с молитвой: / Я жизнью утомлён, как битвой! / Куда своё мне сердце деть? / Везде зазыв страстей лукавых; / И в чашах золотыхотравы, / И под травой душистойсеть. / Там люди строят мне напасти; / А тут в груди бунтуют страсти! / Разбит мой щит, копьё в куски, / И нет охранной мне руки!» [8].

В стихотворении Николая Языкова «Молитва» перед читателем встает преддверье рая, «таинственные врата». Мы видим, что поэтам важно сохранить себя не столько для жизни земной, сколько для жизни небесной: «Молю святое провиденье: / Оставь мне тягостные дни. / Но дай железное терпенье, / Но сердце мне окамени» [10].

Подражания молитвам, начиная с XVIII века, получают многообразные поэтические формы. В них или варьируются излюбленные мотивы псалмов, или с помощью пейзажной детали и психологических подробностей индивидуализируется ситуация молитвы. Именно этим путем — путем раскрытия интимно-духовных отношений личности к Богу — движется молитвенная лирика Анны Ахматовой: от подражаний и стилизаций к сложному сочетанию религиозно-мистических, нравственных, эмоциональных элементов, не отрываясь от традиционной формы изложения содержания: «Дай мне горькие годы недуга, / Задыханье, бессонницу, жар, / Отыми и ребёнка, и друга, / И таинственный песенный дар — / Так молюсь за твоей литургией / После стольких томительных дней, / Чтобы туча над тёмной Россией / Стала облаком в славе лучей» [7, c. 492].

В «Молитве» А. Ахматовой чувствуется страх: страх за Родину, за судьбу России, за себя и своих близких. Это произведение — на редкость бескорыстная молитва, в которой Родина больше чем сын, больше, чем друг, даже больше, чем чары: «таинственный песенный дар». Такой же страх за жизнь мы видим в «Молитве» О. Мандельштама: «Помоги, господь, эту ночь прожить, / Я за жизнь боюсь: за свою рабу… / В Петербурге жить — словно спать в гробу»

Стихотворная молитва есть даже у революционной Ольги Берггольц, что свидетельствует о том, что поэтесса жила с верой в душе, однако ее представление о Боге отнюдь не христианское, скорее языческое: «Да будут слезы эти как молитва. / А на врагов — расплавленным свинцом / пусть падут они в минуты битвы / за всех, за всех, задушенных кольцом» [11].

В христианской лирике Николай Степанович Гумилева — русского поэта и критика Серебряного века, основателя акмеизма — есть стихи, заставляющие задуматься о Боге, о вечности, о своем ближнем: «Мечты Господни многооки, / Рука Дающего щедра, / И есть еще, как он, пророки — / Святые рыцари добра». [11].

Молитвенная проблематика в творчестве Ф.И. Тютчева связана с осознанием поэтом духовной катастрофы мира. Молитва у поэта признается единственным средством, способным очистить человека, приобщить к мировой гармонии. Ф.И. Тютчев подчеркивает, что атеизм современного мира порождают грандиозную проблему — именно вера и ее проявление в молитве противостоит антихристанским революционным тенденциям. В стихах поэта мы слышим призыв к молитве, искренняя вера, стремление жить по закону Божьему, любовь к Православию и Родине.

Контуры жанра молитвы намечаются уже в юношеских стихотворениях И.А. Бунина «Под орган душа тоскует…» (1889), «В костеле» (1889), «Троица» (1893) и др. Молитвенное обращение ко Христу первоначально сопрягается здесь с эстетическим переживанием таинственно-величавого храмового пространства, овеянного «куреньем мглы» и увенчанного скорбным «Христа распятьем», а также звучания органной музыки, в которой «мука о земном» преображается «песнью небесных сил».

Стихотворная молитва приписывается преданием и Н.В. Гоголю. Впервые она была напечатана в «Собрании листков для душеполезного чтения», опубликованном по Благословению Святого Афонского Ильинского скита, под названием «Песнь молитвенная ко Пресвятой Деве Марии Богородице».

В последние годы издаётся множество работ, посвящённых проблеме религиозности сознания и творчества А.С. Пушкина. В связи с этим внимание исследователей привлекает творчество поэта 1830-х годов, особенно богатое использованием церковнославянизмов и библейской образности. Молитва представлена в стихотворении «Отцы пустынники и жены непорочны…», которое включает в себя переложение Великопостной молитвы преп. Ефрема Сирина.

Видео (кликните для воспроизведения).

При изучении стихотворных молитв следует исходить из того, что творчество подобного рода — это явление религиозно-эстетического порядка, стремящееся приблизиться к постижению истины посредством выразительных средств языка. Таким образом, духовный потенциал богословия соединяется с культурными возможностями языка и литературы. Изучение стихотворной молитвы — прекрасный пример содружества лингвистики, литературоведения, лингвокультурологии. С одной стороны, она может быть рассмотрена как связь с великими идеями христианства, с другой — как жанр, с третьей — исследуется ее язык как средство существования культурно-религиозных установок общества [4, с. 81]. Приобщение к религиозной культуре — это путь прежде всего путь филологии, способ возвращения к мировой культуре, ее традиции.

Молитва как жанр литературы
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here