Отче нашь молитва

Предлагаем ознакомиться: Отче нашь молитва с точным и подробным описанием.

На церковнославянском:
О тче наш, Иже еси на небесе́х!
Д а святится имя Твое, да прии́дет Царствие Твое,
д а будет воля Твоя, яко на небеси́ и на земли́.
Х леб наш насущный да́ждь нам дне́сь;
и оста́ви нам до́лги наша, якоже и мы оставляем должнико́м нашим;
и не введи нас во искушение, но изба́ви нас от лукаваго ( Мф.6:9-13 ).

По-русски:
Отче наш, сущий на небесах!
Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое;
да будет воля Твоя и на земле, как на небе;
хлеб наш насущный дай нам на сей день;
и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим;
и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого.

Молитва Господня состоит из призывания, семи прошений и славословия. При этом сами прошения находятся в тесной связи между собой. «Отче наш» — это не только одна из важнейших молитв, употребляемых Церковью. Это данный самим Богом совершенный образец правильного молитвенного устроения души, это выраженная в емких словах и заповеданная Христом система жизненных приоритетов.

Призывание: «Отче наш, Иже еси на небесех»

В призывании Бог называется Отцом. С одной стороны, это проявление милости Божией, с другой — называть Бога Отцом может только тот, кто искренне хочет жить по вере, подчиняя свои желания разумной Его воле. Произнося первые слова молитвы Господней, выражается готовность и принимается обязанность любить Бога Отца всем разумением и сделать все зависящее, чтобы стать детьми, Его достойными. Господь научает возносить молитву не от лица только себя, но и от всех ближних, почему не говорит «Отче мой», а «Отче наш» (. «Этим самым Господь повелевает, — разъясняет святитель Иоанн Златоуст, — возносить молитвы за весь род человеческий и никогда не иметь в виду собственных выгод, но всегда стараться о выгодах ближнего». Господь называется «сущим на небесех», поскольку Он, хотя и вездесущ, но в Священном Писании (Пс. 2, 4; 102, 19) и у святых отцов небеса представляются местом особого Его присутствия. «Сказав «на небесех», — рассуждает блаженный Феофилакт, — Господь не ограничивает ими Бога, но слушателя возводит к небесам и отводит от земного».

Первое прошение: «Да святится имя Твое»

Имя Господне само по себе свято и славно без всякого прославления, но среди верующих оно может прославляться их высокой нравственной жизнью (Мф. 5, 16), и хулиться противоположными поступками (Ис. 52, 5). Поэтому Господь и внушает тем, которые называют Бога Отцом и носят имя христианина, чтобы они просили Бога сподобить их прославлять Его своею жизнью, своими добрыми делами и распространять Его славу между людьми (Мф. 5, 16).

Второе прошение: «Да приидет Царствие Твое»

Этим прошением усиливается первое прошение. Если просим, чтобы пришло к нам Царствие Божие, то, как утверждает святитель Григорий Нисский, «в действительности умоляем Бога об избавлении от тления, смерти, от уз греха и страстей, о прекращении борьбы плоти с духом, и вселении на место всего порочного — духовного: мира и радования». Прошение о Царствии есть благоговейное желание, чтобы Царство Божие, распространяясь на земле, утверждалось в душах верующих и в свое время привело их в «наследие нетленно и нескверно и неувядаемо, соблюдено на небесех» (1 Пет. 1, 4).

Третье прошение: «Да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли»

Мы должны стараться вести такую жизнь, чтобы исполнять здесь на земле Его святую волю так, как исполняют ее Ангелы в светлых небесных обителях. «Прежде достижения неба, — говорит святитель Иоанн Златоуст, — надо землю сделать небом, чтобы и живя на ней так поступать и говорить, как бы находились на небе». А так как мы на пути к Царству Небесному окружены разнообразными соблазнами, то в третьем прошении мы молим Господа укрепить нас в добре, в подчинении своей воли Его воле. «Естество человеческое, — поучает святитель Григорий Нисский, — однажды приведенное в расслабление пороком, немощно для добра. Ибо человек не с такою легкостью, с какою доходит до худого, возвращается от него опять к доброму. Посему, когда действует в нас стремление ко злу, то не бывает потребности в содействующем, потому что порок сам собою довершает себя в воле нашей. Когда же возникает возжелание лучшего, то потребно бывает, чтобы Бог помог привести его в исполнение».

Четвертое прошение: «Хлеб наш насущный даждь нам днесь»

С этого прошения начинается вторая часть молитвы Господней. Первые три относились преимущественно к славословию Имени Божия, следующие четыре составляют просьбу о благах личной жизни молящегося. Словами четвертого прошения мы молим Господа, чтобы Он дал нам на этот день все необходимое для нашего существования: как телесного, так и душевного. Для телесной жизни нужны пища, одежда и жилище. Но это попечение о естественных потребностях не должно заглушать памяти о Божием Промысле. Ограничивая естественные потребности строгой необходимостью, христианин больше помышляет о хлебе духовном — слове Божием (Мф. 4, 4), о Святых Таинствах и особенно заботится о Таинстве Причащения (Ин. 6, 53-56). «Хлеб обыкновенный, — поучает святитель Кирилл Иерусалимский, — не есть насущный, а сей святой хлеб (Тело и Кровь Господа) есть насущный. Сей хлеб сообщается всему твоему составу к пользе души и тела». В этом прошении молящийся подчиняет низшие стремления материальной природы высшим потребностям и связывает с Богом свою вседневную жизнь, свое настоящее.

Пятое прошение: «И остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим»

Под долгами здесь понимаются грехи. Пред Богом, как говорит святитель Филарет, митрополит Московский, «наши долги многочисленны». Нет человека на земле, который мог бы сказать, что он безгрешен. «Кто бо чист будет от скверны?» — спрашивает ветхозаветный праведник Иов и отвечает: «Никтоже, аще и един день житие его на земли» (Иов. 14, 4-5). Но как бы ни были тяжелы грехи, Господь прощает их по вере в Его искупительные заслуги и при условии, если мы простим и наших должников. «Спаситель тебя самого виновного делает судьею над самим собою, — говорит святитель Иоанн Златоуст, — и как бы так говорит: какой ты сам произнесешь о себе суд, такой же суд и Я произнесу о тебе. Если простишь своему собрату, то и от Меня получишь тоже благодеяние, хотя это последнее на самом деле гораздо важнее первого». «Не забудем же миловать прежде, нежели просить помилования», — поучает святитель Филарет (Дроздов).

Читайте так же:  Молитва от пьянства и всякой страсти 15 глава Евангелие от Иоанна

Шестое прошение: «И не введи нас во искушение»

Недостаточно просить прощения грехов, христианину необходимо стремиться к тому, чтобы более их не совершать. «Бесполезно было бы и прощение грехов, — говорит святитель Филарет, митрополит Московский, — если бы мы всегда возвращались к ним с прежнею слабостью». Искушениями называются такие случаи жизни, когда легко можно впасть в грех. По заключению святого Кассиана, здесь прошение не вообще избавить от искушений, так как они часто требуются для твердости добродетелей, а прошение, чтобы Господь не попустил быть побежденными ими. Главным виновником искушений бывает диавол, поэтому следующее прошение и состоит из моления об избавлении от него.

Седьмое прошение: «Но избави нас от лукаваго»

Диавол непрестанно строит козни, пользуясь всеми средствами для достижения своих пагубных намерений, со своей стороны мы не должны предаваться духовной беспечности, но быть всегда готовыми вступить в брань с ним. Но так как мы сами, по нашей немощи, не можем с успехом с ним бороться, то Христос дает наставление — обращаться за помощью к Богу. «Мы бессильны устоять против него, — замечает Симеон, архиепископ Солунский, — потому что он естества тончайшего, чем мы, лукав и сна не знает, изобретая и сплетая бесчисленные против нас козни. И если Ты, Творче и Владыко всяческих. не исхитишь нас, то кто силен избавиться от него?».

Славословие: «Яко Твое есть Царство и сила и слава во веки. Аминь»

В последних словах содержится твердая надежда на получение просимого. Не бессмысленны вера и любовь к Богу, не бесцельна борьба со злом: «Господь — Царь всего, имеет вечную державу, может сделать все». Произносимое в конце молитвы слово «аминь» служит выражением того, что молитва приносится с верою и без всякого сомнения, как учит апостол Иаков: «Да просит же верою, ничтоже сумняся» (Иак. 1, 6).

Подготовил Дмитрий БОРИСОВ

О́тче наш, И́же еси́ на небесе́х! Да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Отец наш, сущий на небесах! да святится имя Твое; да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого.

Отче наш, сущий на небесах!
Да святится имя Твое;
Да приидет Царствие Твое;
да будет воля Твоя и на земле, как на небе;
Хлеб наш насущный дай нам на сей день;
И прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим;
И не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого.
Ибо Твое есть Царство и сила и слава вовеки. Аминь.

Отче наш, Иже еси на небесе́х!
Да святится имя Твое, да прии́дет Царствие Твое,
Да будет воля Твоя, яко на небеси́ и на земли́.
Хлеб наш насущный да́ждь нам дне́сь;
И оста́ви нам до́лги наша, якоже и мы оставляем должнико́м нашим;
И не введи нас во искушение, но изба́ви нас от лукаваго.

Отче наш, Иже еси на Небесех! Смотри, каким образом Он тотчас ободрил слушателя и в самом начале вспомнил о всех благодеяниях Божиих! В самом деле, тот, кто называет Бога Отцом, одним этим наименованием исповедует уже и прощение грехов, и освобождение от наказания, и оправдание, и освящение, и искупление, и сыноположение, и наследие, и братство со Единородным, и дарование духа, так как не получивший всех этих благ не может назвать Бога Отцом. Итак, Христос двояким образом воодушевляет Своих слушателей: и достоинством называемого, и величием благодеяний, которые они получили.

Когда же говорит на Небесех, то этим словом не заключает Бога на небе, но отвлекает молящегося от земли и поставляет его в превыспренних странах и в горних жилищах.

Далее, этими словами Он научает нас и молиться за всех братьев. Он не говорит: «Отче мой, Иже еси на Небесех», но — Отче наш, и тем самым повелевает возносить молитвы за весь род человеческий и никогда не иметь в виду собственных выгод, но всегда стараться о выгодах ближнего. А таким образом и вражду уничтожает, и гордость низлагает, и зависть истребляет, и вводит любовь — мать всего доброго; уничтожает неравенство дел человеческих и показывает полное равночестие между царем и бедным, так как в делах высочайших и необходимейших мы все имеем равное участие. Действительно, какой вред от низкого родства, когда по небесному родству мы все соединены и никто ничего не имеет более другого: ни богатый более бедного, ни господин более раба, ни начальник более подчиненного, ни царь более воина, ни философ более варвара, ни мудрый более невежды? Бог, удостоивший всех одинаково называть Себя Отцом, чрез это всем даровал одно благородство.

Итак, упомянув об этом благородстве, о высшем даре, о единстве чести и о любви между братиями, отвлекши слушателей от земли и поставив их на небесах — посмотрим, о чем, наконец, повелевает Иисус молиться. Конечно, и наименование Бога Отцом заключает в себе достаточное учение о всякой добродетели: кто Бога назвал Отцом, и Отцом общим, тот необходимо должен так жить, чтобы не оказаться недостойным этого благородства и показывать ревность, равную дару. Однако Спаситель этим наименованием не удовлетворился, но присовокупил и другие изречения.

Читайте так же:  Молитву Св Пантелеймону

Да святится имя Твое, говорит Он. Ничего не просить прежде славы Отца Небесного, но все почитать ниже хвалы Его, вот – молитва, достойная того, кто называет Бога Отцом! Да святится значит да прославится. Бог имеет собственную славу, исполненную всякого величия и никогда не изменяемую. Но Спаситель повелевает молящемуся просить, чтобы Бог славился и нашею жизнью. Об этом Он и прежде сказал: Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного ( Мф. 5:16 ). И Серафимы, славят Бога, так взывают: Свят, Свят, Свят! ( Ис. 6:3 ). Итак, да святится значит да прославится. Сподоби нас, — как бы так учит нас молиться Спаситель, — так чисто жить, чтобы чрез нас все Тебя славили. Пред всеми являть жизнь неукоризненную, чтобы каждый из видящих ее возносил хвалу Владыке — это есть признак совершенной мудрости.

Да приидет Царствие Твое. И эти слова приличны доброму сыну, который не привязывается к видимому и не почитает настоящих благ чем-либо великим, но стремится к Отцу и желает будущих благ. Такая молитва происходит от доброй совести и души, свободной от всего земного.

Этого и апостол Павел желал каждодневно, почему и говорил: и мы сами, имея начаток Духа, и мы в себе стенаем, ожидая усыновления искупления тела нашего ( Рим. 8:23 ). Кто имеет такую любовь, тот не может ни возгордиться среди благ этой жизни, ни отчаяться среди горестей, но, как живущий на небе, свободен от той и другой крайности.

Да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли. Видишь ли прекрасную связь? Он прежде повелел желать будущего и стремиться к своему отечеству, но доколе этого не будет, живущие здесь должны стараться вести такую жизнь, какая свойственна небожителям. Должно желать, говорит Он, неба и небесного. Впрочем, и прежде достижения неба Он повелел нам землю сделать небом и, живя на ней, так вести себя во всем, как бы мы находились на небе, и об этом молить Господа. Действительно, к достижению совершенства горних Сил нам нимало не препятствует то, что мы живем на земле. Но можно, и здесь обитая, все делать так как бы мы жили на небе.

Итак, смысл слов Спасителя таков: как на небе совершается все беспрепятственно и не бывает того, чтобы Ангелы в одном повиновались, а в другом не повиновались, но во всем повинуются и покоряются (потому что сказано: сильнии крепостию, творящии слово Его – Пс. 102, 20 ) – так и нас, людей, сподоби не в половину творить волю Твою, но все исполнять, как Тебе угодно.

Видишь ли? – Христос научил и смиряться, когда показал, что добродетель зависит не от одной только нашей ревности, но и от благодати небесной, и вместе с тем заповедал каждому из нас во время молитвы принимать на себя попечение и о вселенной. Он не сказал: «да будет воля Твоя во мне» или «в нас», но на всей земли – то есть, чтобы истребило всякое заблуждение и насаждена была истина, чтоб изгнана была всякая злоба и возвратилась добродетель и чтобы, таким образом, ничем не различалось небо от земли. Если так будет, говорит Он, то дольнее ничем не будет различаться от горнего, хотя по свойству они и различны; тогда земля покажет нам других ангелов.

Хлеб наш насущный даждь нам днесь. Что такое хлеб насущный? Повседневный. Так как Христос сказал: да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли, а беседовал Он с людьми, облеченными плотью, которые подлежат необходимым законам природы и не могут иметь ангельского бесстрастия то, хотя и повелевает нам так исполнять заповеди, как и Ангелы исполняют их, однако снисходит к немощи природы и как бы так говорит: «Я требую от вас равноангельной строгости жизни, впрочем не требуя бесстрастия, поскольку того не допускает природа ваша, которая имеет необходимую нужду в пище».

Смотри, однако, как и в телесном много духовного! Спаситель повелел молиться не о богатстве, не об удовольствиях, не о многоценных одеждах, не о другом чем-либо подобном – но только о хлебе, и притом о хлебе повседневном, так чтобы нам не заботиться о завтрашнем, почему и присовокупил: хлеб насущный, то есть повседневный. Даже и этим словом не удовлетворился, но присовокупил вслед затем и другое: даждь нам днесь, чтобы нам не сокрушать себя заботой о наступающем дне. В самом деле, если ты не знаешь, увидишь ли завтрашний день, то для чего беспокоишь себя заботой о нем? Это Спаситель заповедал и далее затем в своей проповеди: Не заботьтесь, — говорит, — о завтрашнем дне ( Мф. 6:34 ). Он хочет, чтобы мы всегда были препоясаны и окрылены верою и не более уступали природе, чем сколько требует от нас необходимая нужда.

Далее, так как случается грешить и после купели возрождения (то есть Таинства Крещения. — Сост.), то Спаситель, желая и в этом случае показать Свое великое человеколюбие, повелевает нам приступать к человеколюбивому Богу с молением об оставлении грехов наших и так говорить: И остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должникам нашим.

Видишь ли бездну милосердия Божия? После отъятия стольких зол и после неизреченно великого дара оправдания Он опять согрешающих удостоивает про щения.

Напоминанием о грехах Он внушает нам смирение; повелением отпускать другим уничтожает в нас злопамятство, а обещанием за это и нам прощения утверждает в нас благие надежды и научает нас размышлять о неизреченном человеколюбии Божием.

Особенно же достойно замечания то, что Он в каждом вышесказанном прошении упомянул о всех добродетелях, а этим последним прошением еще объемлет и злопамятство. И то, что чрез нас святится имя Божие, есть несомненное доказательство совершенной жизни; и то, что совершается воля Его, показывает То же самое; и то, что мы называем Бога Отцом, есть признак непорочной жизни. Во всем этом уже заключается, что должно оставлять гнев на оскорбляющих нас; однако Спаситель этим не удовлетворился, но, желая показать, какое Он имеет попечение об искоренении между нами злопамятства особо говорит об этом и после молитвы припоминает не другую какую заповедь, а заповедь о прощении, говоря: Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит вам Отец ваш небесный ( Мф. 6:14 ).

Читайте так же:  Молитва от заговора на личную жизнь

Таким образом это отпущение первоначально зависит от нас, и в нашей власти состоит суд, о нас произносимый. Чтобы никто из неразумных, будучи осуждаем за великое или малое преступление, не имел права жаловаться на суд, Спаситель тебя, самого виновного, делает судиею над самим Собою и как бы так говорит: какой ты сам произнесешь суд о себе, Такой же суд и Я произнесу о тебе; если простишь своему собрату, то и от меня получишь то же благодеяние – хотя это последнее на самом деле гораздо важнее первого. Ты прощаешь другого потому что Сам имеешь нужду в прощении, а Бог прощает, Сам ни в чем не имея нужды; ты прощаешь сорабу, а Бог – рабу; ты виновен в бесчисленных грехах, а Бог безгрешен

С другой стороны, Господь показывает Свое человеколюбие тем, что хотя бы Он мог и без твоего дела простить Тебе все Грехи, но Он хочет и в этом благодетельствовать Тебе, во всем доставлять тебе случаи и побуждения к кротости и человеколюбию – гонит из тебя зверство, угашает в тебе гнев и всячески хочет соединить тебя с твоими членами. Что ты скажешь на это? То ли, что ты несправедливо потерпел от ближнего какое-либо зло? Если так, то, конечно, ближний согрешил против тебя; а если ты претерпел по справедливости, то это не составляет греха в нем. Но и ты приступаешь к Богу с намерением получить прощение в подобных и даже Гораздо больших грехах. Притом еще прежде прощения мало ли получил ты, когда уже научен хранить в себе человеческую душу и наставлен кротости? Сверх того и великая награда предстоит тебе в будущем веке, потому что тогда не потребуется от тебя отчет ни в одном грехе твоем. Итак, какого будем достойны мы наказания, если и по получении таких прав оставим без внимания спасение наше? Будет ли Господь внимать нашим прошениям, когда мы сами не жалеем себя там, где все в нашей власти?

Когда Спаситель говорит: Твое есть Царство, то показывает, что и тот враг наш подчинен Богу, хотя, по-видимому, еще и сопротивляется по попущению Божию. И он из числа рабов, хотя и осужденных и отверженных, а потому не дерзнет нападать ни на одного из рабов, не получив прежде власть свыше. И что я говорю: ни на одного из рабов? Даже на свиней не дерзнул он напасть до тех пор, пока сам Спаситель не повелел; ни на стада овец и волов, доколе не получил власти свыше.

И сила, – говорит Христос. Итак, хотя бы ты и весьма был немощен, однако должен дерзать, имея такого Царя, Который и чрез тебя легко может совершать все славные дела, И слава во веки, Аминь,

Святитель Иоанн Златоуст

Спасибо что зашли на наш сайт, перед тем как начать чтение вы можете подписаться на интересную православную mail рассылку, для этого вам необходимо кликнуть по этой ссылке «Подписаться»

«Отче наш» – единственная молитва, переданная нам Самим Христом. Она также называется «молитвой Господней».

Отче наш, Иже еси на небесех!
Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое,
да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли.
Хлеб наш насущный даждь нам днесь;
и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим;
и не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго. Аминь.

Перевод на русский язык:

Видео (кликните для воспроизведения).

Отче наш, сущий на небесах!
Да святится имя Твое;
Да приидет Царствие Твое;
да будет воля Твоя и на земле, как на небе;
Хлеб наш насущный дай нам на сей день;
И прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим;
И не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого.
Ибо Твое есть Царство и сила и слава вовеки. Аминь.

Спас Нерукотворный
Школа или худ. центр: Ростово-Суздальская школа
Первая половина XIV в.
Выставка 1960: Конец XIII в.
Антонова, Мнева 1963: Конец XIII в.
Ростово-суздальская живопись 1970: XIII в.
ГТГ 1995: Конец XIII — начало XIV вв.
Лазарев 2000/1: Первая половина XIV в.
89 × 70 см
Государственная Третьяковская галерея, Москва, Россия
Инв. 25540
Из церкви Введения в Ростове Великом,
куда попала из деревянной церкви на Борисоглебской стороне,
сгоревшей в начале XVIII века.

История возникновения молитвы «Отче наш» дословно описана в книгах Евангелия. Однажды, ученики обратились к Христу, прося научить их молиться (евангелие от Луки), в ответ Он произнес слова моления.

Время не сохранило текст на родном языке Христа, которым был галилейский диалект арамейского. Первые письменные источники передают нам молитву на «койне», одном из видов древнегреческого. «Отче наш» содержится в двух евангельских текстах (от Луки и от Матфея), причем второй вариант преподносит его в более развернутом виде, как часть знаменитой нагорной проповеди Господа.

Церковь употребляет об варианта моления. Один из древнейших источников – «Дидахе», датируемый первым веком н.э. содержит в себе текст из матфеевского евангелия. Признанные исследователи Священного Писания считают, что завершающее славословие молитвы («Ибо Твоё есть Царство, и сила, и слава во веки веков. Аминь») имеет ветхозаветное происхождение и было частью раннехристианской литургической практики.

Читайте так же:  Молитва Господи иже

Текст «Отче наш» известен на всех языках мира и звучит уже два тысячелетия. Отец Александр Шмеман пишет —

Тем не менее, понадобилось несколько веков напряженной работы богословской мысли, чтобы хоть немного исчерпать глубину этих, казалось бы простых слов.

Само название молитвенного текста начинается с абсолютно невероятного для всего мира того времени обращения к Богу: Отче наш. Самые разнообразные теории человеческого разума о Боге, нарекающие Его: Абсолютом, Первопричина мира, Господом, Вседержителем, Творцом мироздания, Мздовоздаятелем, – содержат в себе долю истину, но лишь слово «Отец наш», раскрывает нам суть учения о Богосыновстве, как близости к Нему, любви, радостной связи.

Христос дает нам бесценный дар – возможность узнать Бога и назвать Его Отцом:

Обращение к Богу, как к Отцу, не просто начало, оно придает смысл всей остальной молитве, дает нам право обращаться к Богу с просьбой.

Христианство, преподнесенное нам Сыном Божьим, в своей самой глубокой сути – религия отцовства, она основана не на доводах рассудка или философских измышлениях, а на личном опыте любви, который мы ощущаем всю нашу жизнь.

Святые отцы Церкви выделяют в тексте молитвы семь прошений.

1-е прошение «Да святится имя Твое».

Почему должно святиться имя Господа, который и так свят и не нуждается в каком то дополнительном благе? Св. Киприан, говорит, что имя его должно, в первую очередь быть святым для нас, это наша просьба к Нему, сделать так, чтобы имя Его освящалось в нас, внутри нашей человеческой души.

По мысли св. Феофана Затворника, слово «святится», может также пониматься в контексте благоговейного почитания. То, что для нас свято мы окружаем особым почитанием. Итог молитвенной просьбы – реальное прославление Бога в земной жизни. Делая добрые дела, любя и ближнего, и врага, мы трепетно исполняем заповеди Божьи, а, значит, и почитаем Его святость.

О. Александрр Шмеман говорит о том, что это прошение, одновременно, и крик о помощи человека, находящегося в состоянии подвига, именно так описывают святые отцы опыт духовного роста, когда на пути одолевает тьма, а за каждым взлетом происходит неминуемое падение.

Переживание священного не делает легче земную жизнь, полную недостатка любви и смысла, наоборот, прекрасное мимолетное «прикосновение к мирам иным», образ чистоты и блага познаваемый нами в молитвенных трудах, зачастую делает жизнь труднее, погружая человека в состояние внутренней борьбы. Но, только так человек способен исполнить свое истинное высокое предназначение.

2-е прошение «Да придет царствие Твое».

Св. Феофан Затворник видит здесь прямое указание на грядущее Царство Небесное или Царство Славы, которое наступит по всей земле после конца мира и страшного суда. Для того, чтобы молитва о наступлении его, была искренней, человек должен быть уверен в том, что он достоин перебывать в нем.

Царство Божие «здесь и сейчас» противопоставляется царству греха, которое должно быть искоренено в человеке. Тогда, уверовавший в Бога, предает себя ему, давая обещание вести чистую непорочную жизнь. Благодать, преподаваемая человеку в Таинстве крещения обучает его добру, укрепляет доброе начало, возрождает уже к новой, благой жизни.

Этим и прекращается царство греха и начинается подготовка к человека в Царству Небесному, в которое он должен войти совершенным в добродетели «как Отец наш небесный». Это второе царство – то самое царство благодати, о котором Господь говорит: «Царствие Божие внутри вас есть» (Лк.17:21).

Св. Григорий Нисский: в этом прошении призыв снять с нас власть греха и смерти, моление избавить нас от тления, Царствие Божие должно прийти, чтобы «обратились в ничто» царствующие над человеком страсти.

3-е прошение «Да будет воля Твоя и на земле, как на небе».

Несмотря на внешнюю простоту этого прошения, заключающегося в покорности человека воле Божьей и его желанию распространить ее по всей земле, исполнить эти слова очень тяжело.

По мысли о. Александра Шмемана, в третьем прошении заключается мерило личной веры человека, позволяющее отличить подлинную религиозность от фарисейства – зачастую, мы ждем исполнения своей, а не Его воли. За Христом ходили толпы народы, в том числе потому, что Он исполнял их волю, их просьбы и желания – утешал, исцелял, оказывал помощь. Но когда Господь начал преподавать Свою волю – учить самоотречению, любви к врагу, о том, что нужно отдавать жизнь за брата и учение это стало поистине трудной для исполнения, самой возвышенной из всех возможных этических систем, – подвигом, люди оставляют Его. Разве многократно требование распять Его звучит не потому, что Он не шёл на поводу у воли человека?

То, что было описано в Евангелиях, происходит и в наше время. Желание «простого» человеческого счастья зачастую преобладает над пониманием необходимости помощи ближним. Мы хотим от Бога, чтобы он помог получить земные блага, а в случает отказа, реагируем гневом и негодованием. Произнося слова прошения о наступлении Его воли, мы произносим и слова осуждения над нашей верой.

Суть прошения – в понимании, а действительно ли мы желаем Божьего

Это и просьба к Господу о вразумлении, умении различать свои человеческие желания, преодолении ограниченности человеческого разума. Так мы просим: дай нам благодать захотеть того, чего хочешь Ты.

Святоотеческая традиция видела в этом прошении и моление об «уразумение воли Божьей». Произнося его, мы просим, чтобы «земное уподобилось небесному», в смысле уподобления человеческого бытия божественному ангельскому (святой Августин Блаженный).

4-е прошение «Хлеб наш насущный дай нам на сей день».

В переводе на русский, слово «насущный» означает необходимый для жизни, нужный каждый день. Первая часть прошений адресована Богу, выражая наши желания Ему, мы молимся о себе. Под «хлебом» здесь понимается не только пища, но и всё необходимое для полноценной человеческой, а значит, – духовной, душевной и телесной жизни.

Библейский смысл пищи не ограничивается только телесными представлениями. В Священном Писании, мир создан Богом, как райский сад и дан человеку в пищу, человеку заповедано обладать им, хранить и возделывать. Однако, нарушение заповеди о запретном плоде, когда человек решил, что отведав его, может стать как Бог, привело к обратным последствиям – он порабощается миру, а пища становится символом тлена и смерти. Теперь человек может умереть от голода. С приходом Христа, и спасение, и восстановление падшей человеческой природы, и прощение грехов, и само воскресение вновь связываются в Евангелии с пищей.

Читайте так же:  Самая главная молитва в православии

Слова Христа, искушаемого в пустыне дивалом, который предлагал Ему обратить камни в хлебы – «Не хлебом единым будет жив человек» (Мф. 4:4), по сути есть пример преодоления зависимости человека от одной только еды, замкнутого земного бытия, на которое обрек себя Адам. Так пища вновь обрела качества дара Божия, стала тем самым причастием Божественной жизни.

Многие святые отцы толкуют это прошение именно в евхаристическом смысле. Ибо Евхаристия с самого начала христианства – главное Таинство Церкви. Евхаристией – хлебом и вином, Причастием, повествованием о новой Божественной пище, завершается евангельское откровение о «хлебе насущном». Это также и прошение необходимого для жизни, но, так как мы просим у Самого Бога – «дай нам», то исповедуем веру в то, что Он – благодатный источник всего.

Блаженный Феофилакт пишет:

5-е прошение «Прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим».

Соединяет в себе прощение нам грехов Богом и прощение согрешений, против нас. По словам Христа:

Христианское понятие греха не исчерпывается категориями закона. Развод, например, вполне законное действие, как и аборт. Почему же они считаются греховными? О грехе мы узнаем от того опыта, который есть у нашей совести, она не просто некая врожденная способность человека, различающая добро и зло, но и таинственное явление.

Чем ближе к человеку Бог, тем сильнее в нем голос совести. Он и есть то самое чувство вины, находящееся глубоко в душе. Проблема не в том, что каждый человек рано или поздно грешит, нарушает законы или совершает нравственные проступки, а в том, что всё это принимается им в качестве самоочевидной нормы человеческой жизни. Совесть показывает нам всю степень нашей внутренней противопоставленности друг другу, разобщенности и вражды. Так как совесть – божественное качество, то, противное Господу, и нам причиняет боль, назойливое внутреннее беспокойство, идет и против нашей природы.

Согласно Тертуллиану, испрашивая себе прощения за грехи, мы, одновременно, и исповедуемся, то есть принимаем себя в своей падшей природе и желаем себе спасения. Прощение же согрешивших против нас, происходит согласно заповеди Христа, ответу Его на вопрос апостола о том, сколько раз нужно прощать согрешения: «не говорю тебе: до семи раз, но до семидесяти семи раз» (Мф.18,22). По слову св. Григория Нисского, Господь отпускает и разрешает нам наши бесконечные грехи, так и мы должны уподобится Ему в Его бесконечном милосердии.

6-е и 7-е прошения «И не введи нас во искушение», «Но избави нас от лукавого».

Это самое неоднозначно понимаемое прошение главной христианской молитвы.
Во-первых, оно ставит сложный богословский вопрос об источнике всевозможных искушений, которые мы все считает отнюдь не благими. Во-вторых, непонятно, о каком именно «лукавом» (в русском языке это прилагательное, а в церковнославянском более ясное «неприязнь») идет речь. В греческом варианте текста звучит «апо ту пониру», – от злого или от зла.

Любые попытки богословия, пытающиеся рационально истолковать присутствие зла на земле всегда неудачны и неубедительны, они всегда заканчиваются бессилием разума, такова была логика Ивана Карамазова, отказывающегося от счастья «построенного на слезинке ребенка».

Здесь и раскрывается смысл прошения. Зло существует для нас только, как искушение, оно приходит к нам в качестве сомнения – «разрушение веры, воцарение темноты, цинизма и бессилия в нашей душе» (о. Александр). В этом заключается его страшная разрушительная сила, оно влияет на нашу веру в добро, ставит под сомнения веру в Бога, искушением является даже сама попытка человеческой мысли обосновать его возможность.

Правильное христианское понимание зла заключается в том, чтобы не объяснять его и не оправдывать, так как оно не имеет самостоятельного бытия, а

Победа, одержанная Христом, вся земная жизнь которого состояла из потока искушений и была окончена страшной крестной смертью, дает нам основы понимания того, о чем мы молимся этим прошением – Он не дал ни одного объяснения злу и не делал попыток его оправдать, наоборот, Он противопоставлял злу реальные дела любви, веры и надежды. Господь показал, что со злом можно бороться и явил нам таинственную силу этой борьбы, о ней мы и просим Бога, когда говорим: «И не введи нас во искушение».
Это прошение о том, чтобы Бог дал нам благодать довериться Ему, как когда то доверился Сын Божий, чтобы наша вера победила все искушения.

Слова «избави нас от лукавого (злого)», его тоже не содержат объяснения, но открывают личный характер зла и говорят о том, что личность может быть его источником. Например, в мире нет сущности с названием «ненависть», но человек может страдать от личного его проявления, его жизнь может быть разрушена старстью.

Поэтому мы не просим избавить нас от абстракции, но от «злого». Именно, озлобленный, отошедший от Бога, человек становится источником зла в мире. О. Александр пишет:

Возможность победы Христовой есть в каждом из нас, поэтому мы возносим прошение о себе, только в конкретной личности возможен выбор любви, личного доверия и надежды на Господа. Молитву «Отче наш» православные христиане читают в любых ситуациях.

Видео (кликните для воспроизведения).

(по материалам «Цикла бесед о Молитве Господней «Отче наш» протоиерея А. Шмемана и толкований святых отцов Церкви)

Отче нашь молитва
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here