В чем сила ночной молитвы

Предлагаем ознакомиться: В чем сила ночной молитвы с точным и подробным описанием.

Ночное бдение является традиционным как для общехристианской литургической практики [702] , так и — в особенности — для монашеской практики молитвы. Рекомендуя молитвенное бдение по ночам, учители аскетической жизни исходили из того, что ночь, когда весь мир погружается в сон и ничто не отвлекает подвижника, есть наиболее благоприятное время для молитвы. «Всякая молитва, которую совершаем ночью, — говорит Исаак, — да будет в глазах твоих досточестнее всех дневных деланий» [703] . Ночное бдение — это «усладительное делание», во время которого «душа ощущает ту бессмертную жизнь, и ощущением ее совлекается одеяния тьмы и приемлет в себя Духа Святого» [704] .

Ночному бдению целиком посвящены два Слова из 1–го тома Исаака: 52–е (сир. 80) и 70–е (сир. 17). Первое из них содержит по преимуществу практические рекомендации, со ссылками на жития святых, тогда как во втором есть и теоретическое обоснование бдения. Первое включено лишь частично в западно–сирийскую редакцию и потому только незначительный фрагмент его переведен на греческий язык: основная часть его сохранилась в восточно–сирийском варианте. Отметим сначала теоретические предпосылки учения о ночном бдении, изложенные в 70–м Слове, после чего рассмотрим, на основе полного текста 52–го Слова, как это учение воплощалось в практику. Слово 70 начинается с «похвалы бдению», которое рассматривается как ангельское делание, возводящее человека к Богу:

Не думай, человек, чтобы во всем иноческом делании было какое–либо занятие важнее ночного бдения. Поистине, брат, оно важнее и необходимее всего для воздержника… Если монах с рассудительностью пребывает в бдении, то не рассматривай его как носящего плоть, ибо поистине это — дело ангельского чина… Душа, трудящаяся над тем, чтобы пребывать в этом бдении, и достойно живущая, будет иметь херувимские очи, чтобы непрестанно возводить ей взор и созерцать небесное зрелище [705] .

Однако, как сразу же отмечает Исаак, труд бдения полезен только тогда, когда подвижник в течение дня хранит себя от рассеянности и многозаботливости. В противном случае, стоя на бдении, он не сможет сосредоточенно молиться, и тогда весь его ночной труд окажется лишенным плода.

Для чего же, человек, так нерассудительно распоряжаешься собой? Ночью совершаешь всенощное стояние и утруждаешь себя псалмопениями, песнословиями и молениями — но неужели тяжело… для тебя посредством кратковременного усердия в течение дня сподобиться благодати Божией. Для чего утруждаешь себя: ночью сеешь, а днем развеиваешь труд свой и оказываешься бесплодным… Ибо если бы у тебя ночному упражнению соответствовали дневное делание и горячность сердечной беседы, и не было бы промежутка между тем и другим, в короткое время мог бы ты припасть к груди Иисуса [706] .

Тот, кто хранит себя в течение дня, знает силу ночного бдения. Оно способно заменить собой все остальные добродетели: если тело ослабеет и будет неспособно поститься, ум может «одним бдением приобрести устроение души и дать уразумение сердцу к познанию духовной силы». Более того, если у подвижника не хватает сил совершать обычные поклоны и псалмопения по причине духовного помрачения и расслабленности, само по себе бдение, даже сидя, будет достаточным для него:

Если не станет в тебе всего этого [707] и не сможешь исполнять это, то хотя бы сидя бодрствуй и молись в сердце, но не засыпай, и все меры употреби, чтобы провести всю эту ночь без сна, сидя и помышляя о благом. Не ожесточай сердца своего и не омрачай его сном, и снова придут к тебе, по благодати, прежняя горячность и легкость и сила… [708]

Скажем теперь о практических советах Исаака в 52–м Слове. В первую очередь Исаак обращает внимание на то, как следует начинать бдение. К молитве надо приступать не сразу, но сначала сделать поклон, совершить краткую предначинательную молитву, перекреститься, постоять молча и затем молиться своими словами:

Когда пожелаешь стать на служение бдения, тогда, при содействии Божием, поступи, как скажу тебе. Преклони, по обычаю, колена твои, и встань; и не сразу начинай службу свою, но когда помолишься сначала и совершишь молитву, и знаменуешь сердце свое и члены свои животворящим знамением Креста, стой некоторое время, пока успокоятся чувства твои и утишатся помыслы твои. После этого возведи внутренний взор твой ко Господу и с печалью умоляй его укрепить немощь твою, чтобы стихословие твое и мысли сердца твоего сделались благоугодными святой Его воле [709] .

Все это необходимо для того, чтобы приступить к служению бдения в полной сосредоточенности и в ясном сознании присутствия Божия. Молитва, которую Исаак предписывает затем произносить, не является молитвой из какого–либо богослужебного чина, но личными словами человека, которые он произносит от себя:

Господи Боже мой, Создатель всего творения Твоего, призирающий на тварь Свою… сохрани меня от мятежа помыслов и от потопа страстей и сделай меня достойным этой святой службы, чтобы мне страстями своими не растлить ее сладости и не оказаться перед Тобою бесстыдным и дерзким [710]

Это одна из многочисленных молитв, составленных самим Исааком и включенных в корпус его сочинений. Исаак, несомненно, высоко ценил молитву своими словами и считал, что христианину не следует ограничивать себя произнесением предписанных молитв, но находить свои собственные слова для беседы с Богом.

Ночное бдение у каждого подвижника традиционно включало в себя определенное «правило» — последовательность молитв, псалмов, чтений, поклонов, предназначенных для произнесения всякий раз, когда совершается бдение. Исаак, однако, говорит, что подобное правило не должно быть строго фиксированным: пребывать умом в Боге гораздо важнее, чем вычитать определенное правило.

Должно нам со всей свободой вести себя во время службы нашей без всякой детской и смущенной мысли. А если увидим, что времени немного и до окончания службы застигнет нас утро, то добровольно и сознательно оставим из обычного правила одно или даже два славословия, чтобы не было места смятению, чтобы не утратить вкуса к службе нашей… [711]

Именно для этого — чтобы не утратился вкус к молитве — никогда не следует вычитывать псалмы поспешно, с желанием поскорее закончить правило.

Если помысел внушает тебе: «Поспеши несколько, ибо дел у тебя много — скорее освободишься», — то не обращай внимания на него, но вернись назад на одну мармиту [712] или на сколько хочешь, и с размышлением повторяй многократно каждый стих, заключающий в себе вид молитвы. И если опять будет смущать и теснить тебя помысел, оставь стихословие, преклони колена на молитву и скажи: «Желаю не слова вычислять, но обителей достигнуть» [713] .

Читайте так же:  Молитва для Свершения дела

То есть первый способ борьбы с помыслом заключается в том, чтобы читать псалмы медленно, многократно повторяя каждый стих; второй же — в том, чтобы оставить чтение предписанных псалмов и молиться своими словами.

Если, — продолжает Исаак, — в результате долгого стояния на бдении ты изнеможешь от бессилия и помысел будет нашептывать тебе «Закончи, потому что не можешь стоять», ответь ему: «Нет, я сяду, ибо даже это лучше сна. И если язык мой не выговаривает слова псалма, ум же поучается с Богом в молитве и собеседовании с Ним, то бодрствование полезнее всякого сна» [714] . Здесь обращает на себя внимание то, что, во–первых, Исаак разрешает молиться сидя; во вторых — что он допускает замену чтения молитв вслух безмолвной молитвой одним умом. Молитва вслух была общей практикой подвижников его времени, в частности, во время исполнения келейного правила. Молитва про себя, очевидно, предписывалась либо в случае усталости, либо во время участия в какой–либо общественной активности (когда человек не находится наедине с собой), либо, наконец, когда человек «лежит на лице» перед Крестом.

Далее Исаак говорит о том, что порядок ночного бдения не одинаков для всех подвижников. Есть разные способы совершения бдения и разная последовательность молитв, которые могут читаться, а также разные средства для достижения внимания и умиления. Большой интерес представляет ссылка на практику непрестанной молитвы с произнесением одной краткой формулы [715] , а также на практику молитвы не преклоняя колен:

Бдение не есть всецело ни стояние, ни стихословие одних псалмов. Напротив, один всю ночь проводит в псалмах, другой — в покаянии, умиленных молитвах и земных поклонах, третий — в слезах и рыдании о своих грехах. Об одном из наших отцов говорят, что сорок лет молитву его составляла одна фраза: «Я согрешил, как человек, Ты же прости, как Бог». И отцы слышали, как он с печалью твердил этот стих, а между тем плакал и не умолкал, и эта одна молитва была у него вместо службы днем и ночью. И еще: один немного вечером стихословит, остаток же ночи проводит с песнопениями, славословиями, гимнами и другими покаянными мелодиями; а другой проводит ночь в прославлении Бога и чтении богослужебных текстов, и между каждой частью он просвещается и освежается чтением из Писания. Кто–то ставит себе правилом не преклонять колен, даже на заключительных молитвах в конце каждой мармитыі, хотя это обычно для бдений, и проводит всю ночь в непрерывном стоянии [716] .

Ссылкой на преподобного Моисея Мурина, который молился не преклоняя колен, заканчивается Слово 52 в западно–сирийской редакции, греческом и русском переводах. Дальнейшее мы заимствуем из восточно–сирийского текста.

Здесь Исаак говорит о состоянии духовной радости, которого достигает человек во время ночной молитвы:

Когда усердные наслаждаются такими и подобными вещами, они проходят всю длину долгих ночных часов без уныния. Души их процветают и радуются и забывают одеяние плоти… От наслаждения и радостного биения сердца они совершенно не помнят о сне, ибо им кажется, что они отринули тело или что они уже достигли состояния, в котором они будут после воскресения. И по причине великой радости они иногда оставляют псалмопение и падают на лица свои от наплыва радости, которая нахлынула на их души. Вся длина ночи для них подобна дню, а наступление тьмы подобно восходу солнца по причине той надежды, что возвышает сердца их и опьяняет их своим размышлением… Пока их язык играет на духовной лире, ум их занят своими делами: иногда он обращается к смыслу стихов, иногда прогоняет чуждый помысел при его появлении, иногда же, когда ум устает, обращается к содержанию дневного чтения [717] .

Затем Исаак вновь обращается к рекомендациям относительно молитвы в состоянии усталости. «Если человек хочет дать телу немного отдохнуть, пусть остановится и сядет лицом на восток. Однако, пока он сидит, он не должен позволять уму своему оставаться праздным» [718] . Следует размышлять о пользе ночного бдения, о том, как древние святые совершали его. От этого размышления человек приходит в восхищение, думая о том, наследником какой традиции он является. Многочисленные примеры великих отцов, трудившихся в ночном бдении, приводят человека в состояние духовного опьянения, при котором ему кажется, что он пребывает вместе с этими святыми и видит их.

И по причине воспоминания о житиях святых… уныние его исчезает, леность отгоняется, члены тела укрепляются, сон отбегает от очей его… и возникает в душе его великая радость. Более того, сладкие слезы увлажняют ланиты его, радость духовная опьяняет ум, душа получает невыразимые утешения, надежда укрепляет сердце и делает его доблестным. Тогда человеку тому кажется, что он живет на небе во время своего бдения, которое столь преисполнено благами [719] .

Тема «духовного опьянения» является одной из основных мистических тем Исаака: мы будем рассматривать ее особо в следующей главе. Сейчас лишь отметим экстатический характер ночной молитвы, которая, по Исааку, является источником сверхъестественной радости и озарения. «Ибо нет ничего, — говорит он, — что делает ум столь сияющим и радостным, что настолько просвещает его и отгоняет лукавые помыслы, заставляя душу ликовать, как продолжительные бдения» [720] . Сам Христос, — пишет Исаак, — «постоянно удалялся для молитвы, и не во всякое время, но Он выбирал для этого ночь, а местом —пустыню». И все откровения, которые получали святые, чаще всего приходили к ним ночью и во время молитвы [721] . «Молитва, приносимая ночью, обладает великой силой — больше, чем дневная молитва. Поэтому все праведники молились ночью, преодолевая тяжесть тела и сладость сна…» [722] Не случайно сатана больше всего ненавидит подвиг ночной молитвы и всячески старается помешать человеку в совершении бдения: примеры этого многочисленны в житиях Антония Великого, блаженного Павла, Арсения и других египетских отцов. Но святые преодолевали силу врага и не оставляли труд бдения:

Читайте так же:  Защита от соперницы заговор молитва

Кто из отшельников, хотя бы и обладал он всей совокупностью добродетелей, мог пренебречь этим деланием. Ибо ночное бдение есть свет мысли (tar’ta): благодаря ему понимание (mad’а) возвышается, разум (re’yana) собирается, и ум (hawna) воспаряет, взирает на духовные вещи, обновляется молитвой и ярко сияет [723] .

Характерно, что в этом тексте Исаака одновременно используются четыре термина, обозначающие в сирийском языке умственные способности человека [724] . Исаак как бы хочет подчеркнуть, что ночная молитва способна охватить собой и полностью преобразить всю интеллектуальную сферу человеческой природы. Ночная молитва имеет у Исаака всеохватывающий характер и рассматривается как универсальное средство для достижения просветления ума. Любимый герой Исаака, преподобный Арсений, «накануне воскресного дня становился спиной к солнцу и простирал руки к небу — до тех пор, пока солнце не взойдет и не осветит его лицо» [725] . Благодаря бдению Арсений достиг такого просветления, что во время молитвы весь становился подобным огню [726] . Таким же образом и преподобный Пахомий, равный Арсению, проводил ночи в бдениях и до такой степени очистил свое сердце, что видел невидимого Бога, словно в зеркале. «Таковы плоды бдения, таковы блаженства упражняющихся в нем, и таковы венцы этой борьбы» [727] . Преображение ума, очищение сердца и мистическое видение Бога являются главными плодами ночного бдения.

В молитвах на ночь перед сном благодарите Бога о прожитом дне. Искренние молитвы на сон грядущий уберегают от ночных кошмаров и несчастья.

Какие православные молитвы читать на сон грядущий? — можно молиться Господу Богу, Пресвятой Богородице, Ангелу-хранителю. Существуют тексты сильных кратких молитв на ночь, простым и понятным языком. Помните, что лучше помолиться коротко и вдумчиво, нежели торопясь впопыхах.

Отец всего живого, помоги мне в этот час, отпусти грехи мои, которые я (имя) сотворил по неосторожности сегодня.

Если обидел человека словом бранным или поступком недопустимым, я молю о прощении.

Очисти душу мою от мыслей скверных, а плоть — от желаний грешных.

Избавь, Боже, от суеты земной и яви Свою благодать во сне.

Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.

Отче наш и Иисус Христос, даруйте мне (имя) свое милосердие, не отлучайтесь от меня на пути жизненном.

Преклоняю колени и молю о помощи в завтрашнем дне, сохраните сон мой и освятите жизнь мою.

Пусть на ложе моем ко мне снизойдет спасение Ваше и любовь Ваша.

Отпустите грехи мои за день и направьте по пути покаяния и света.

Все невзгоды пусть пройдут, как день прошел.

Боже мой и Сын Твой Иисус, смиренно верю в силу Вашу и могущество над злом.

Уберегите раба Своего (имя).

Да будет Царствие Ваше на земле вечным.

Хранитель мой, моя душа и тело под покровительством Твоим пребывают.

Прости меня (имя), если согрешил и пренебрег доверием Твоим.

За дела мои дневные я прошу прощения и молю об избавлении от греха.

Не со зла, а по неволе гневлю Господа Бога и тебя, Защитник мой.

Покажи мне благодать и милость Вашу.

О, Пречистая Владычице Богородице, Царице небеси и земли, высшая ангел и архангел и всея твари честнейшая, чистая Дево Марие, миру Благая помощнице, и всем людем утверждение, и во всяких нуждах избавление!

Ты еси заступница и предстательница наша, ты еси обидимым защищение, скорбящим радование, сирым прибежище, вдовам хранительнице, девам слава, плачущим веселие, больным посещение, немощным исцеление, грешным спасение.

Помилуй нас, Мати Божия, и прошение наше исполни, вся бо суть возможна ходатайству Твоему: яко Тебе слава подобает ныне и присно и во веки веков.

Первое, с чем человек – сталкивается, поверив в Бога и приходя в Церковь, первое, чему он начинает усердно учиться и от чего в начале христианского пути у него вырастают крылья, – это молитва. О молитве написаны тысячи томов, над этой «наукой наук» трудились в течение веков многие святые отцы и подвижники благочестия.

Но вот неофитский период проходит, и, я уверен, почти все начинают замечать, что молитва их оскудевает, сердце плотяное превращается в каменное. Святые отцы говорят, что тут-то и начинается настоящая духовная жизнь. И она оказывается весьма и весьма сложной.

В одной из своих бесед митрополит Антоний Сурожский поставил очень важный вопрос: «Может ли еще молиться современный человек?». И он отвечает на него в том смысле, что современный человек не только может, но и на самом деле все время молиться, вопрос только — кому? Чтобы молиться Христу, человек должен, как и Христос во время всего своего служения, находится в самом сердце человеческой трагедии. Такая молитва — молитва не словами, а делом, сопереживанием, состраданием — и будет настоящей христианской молитвой.

Не только святые отцы, но и многие современные проповедники говорят, что не так важно (если вообще важно) «вычитываение акафистов и канонов», как внутреннее, сердечное отношение к Богу, соизмерение своей жизни, поступков — с Евангелием. Важна именно эта внутренняя открытость Богу, доверие Ему. Хотя порой такие «контакты» с Богом бывают совершенно неожиданными, не вписывающимися в то, о чем мы привыкли читать в духовных книгах.

Я хотел бы рассказать о нескольких случаях такой «неправильной» молитвы, которые произошли в моей жизни или в жизни моих знакомых.

. Однажды я выносил мусор. Был теплый весенний день, настроение у меня было прекрасное, в семье все было хорошо. Казалось, что и во всем мире все прекрасно — за последнее время в новостях я не услышал сообщений о войнах, катастрофах. И по дороге на помойку (никогда не знаешь, где Бог тебя застанет) меня вдруг, как говорит молодежь, «накрыло». Я вдруг, сам того не ожидая, обратился к Богу: «Господи, дай еще так пожить!» Потом засмущался, подумал: какая-то эгоистичная молитва. Но сердце не смущалось. «Господи, дай еще так пожить! Мне так хорошо, пусть это состояние еще продлится!» Ум опять начал думать, что тут нет никакого покаяния, а сердце по-прежнему не смущалось. Я и продолжил молиться. Господь, кстати, действительно дал пожить так еще некоторое время.

А не об этом ли молился апостол Петр на горе Фавор: «Господи, хорошо нам здесь быть»? Причем и в Евангелии написано: «не зная, что говорил». То есть он и сам не понимал, что сказал, но сердце его было переполнено чем-то, ему самому не объяснимым.

Читайте так же:  Икона Святой галины молитва

…А вот еще один пример «неправильной» молитвы. Его рассказали женщины, служащие за свечным ящиком в одном из вологодских храмов. В Вологде, как и во всяком большом городе, есть свои местночтимые святые. И вот в одном их храмов этого старинного города висела икона святого Николая Вологодского. Женщина, рассказавшая эту историю, сидела за свечным ящиком, когда в храм вошел мужчина. Хотя на мужчину он был мало похож. Это был, так сказать, классический оборванный, дурно пахнущий алкаш. Таких часто из церкви выгоняют, но она этого сделать не решилась. Она решила посмотреть, что будет.

Видео (кликните для воспроизведения).

И вот этот алкаш подошел к иконе Николая Вологодского и попросил: «Мужик, помоги бросить пить!» Такая вот молитва. Надо ли говорить, что пить он действительно вскоре бросил и стал прихожанином этого храма?

А бывают случаи совершенно жуткой, кощунственной, богохульной молитвы, которую тем не менее Господь слышит и действует, исходя из своей удивительной божественной любви.

…Один мой знакомый рассказывал, что во время семейного кризиса, когда они с женой слова спокойного не могли друг друга сказать месяцами, у них случился, наконец, страшный скандал. Описывать ссору я, конечно, не стану, но она была страшной. И вот этот мой знакомый — верующий человек — после долгих часов ругани, взаимных оскорблений, битья всего и вся буквально крикнул (пусть и не вслух) Богу: «Господи! Я не знаю, чего Ты хочешь! Я ее (жену) ненавижу, я весь мир сейчас ненавижу! Я и Тебя сейчас ненавижу, поэтому делай, что хочешь!». Через несколько секунд после этого его внутреннего крика к нему подошла жена и они помирились за МИНУТУ! И потом, кстати, у них очень долгое время не было ссор.

Вот и думай после этого, что такое «приятная» и «угодная Богу» молитва. Это не значит, что так можно молиться. Так нельзя, просто недопустимо. Но это значит, что Божественная любовь превосходит все границы, четко проведенные между Богом и человеком нашим привычным «приходским благочестием». Ведь и у пророка Исайи сказано Господом: «Забудет ли женщина грудное дитя свое, чтобы не пожалеть сына чрева своего? но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя» (Ис. 49,15).

Кстати, и этот мой знакомый потом признавался, что он не только умом, а всем своим существом ощутил, понял, что значит «надеждо ненадежных» и «отчаянных спасение». Он-то молился, находясь в совершенном отчаянии, и спасение пришло.

А бывают и случаи «обратной» молитвы. Одна моя знакомая, верующая преуспевающая женщина, не могла забеременеть. Но это не обычная история из серии «как Бог дал детей». Проблема в том, что ее муж, тоже верующий и очень хороший человек, работал в храме и не получал больших денег. Поэтому ей приходилось очень много работать, жизнь в Москве для приехавших сюда — не самое дешевое дело. И она понимала, что если сейчас забеременеет, то придется уйти в декрет, и финансовое их существование будет под большим вопросом. Вот она и металась между, так сказать, материнским инстинктом и желанием закрепиться в столице. Многим православным эта проблема может показаться надуманной, но на самом деле это очень серьезная проблема, и отмахиваться от нее не стоит. Просто сказать «положись на Бога». А вот ты сам попробуй положись! Я бы лично оказаться в ее шкуре не хотел. И думаю, что такая проблема — не у нее одной, для многих женщин она стоит достаточно остро.

И вот однажды подруга, тоже верующая, выслушав ее «метания», спросила:

– А ты молишься, чтобы Господь дал детей?

– Нет, – ответила моя знакомая.

Трагическая ситуация. Такое вот отсутствие молитвы при полной уверенности в Боге. И тут вопросы у меня возникают не к моей знакомой, а к тому миру, в котором мы живем. Но мир в евангельском смысле — это, как известно, нечто, враждебное христианству.

Молитва бывает разная. Главное, как говорят, святые отцы, не оставлять ее.

Святые отцы православной церкви придавали ночной молитве особый смысл, считая её одним из самых мощных и полезных методов очищения и озарения души.

Святой Иоанн Златоуст заключал: «Господь особенно приклоняется на милость ночными молитвами», а прп. Исаак Сириянин говорил: «Всякая ночная молитва полезнее тебе всех дневных подвигов».

Однако церковнослужители сходятся во мнении, что мирянам, в отличие от иноков, не стоит молиться ночью, поскольку это действо сопряжено с опасными искушениями, с которыми человеку неподготовленному весьма непросто справится. Но, а если всё-таки у человека есть неиссякаемое желание молиться именно ночью, делать это можно только по благословению его личного духовника.

Путь мирянина и монаха — это две разных стези человеческой жизнедеятельности, с отличиями в образе жизни, попечениях и молитвенных совершенствованиях. Не связанные тесными родственными и супружескими узами монахи, не знают хлопот, сопряженных с заботой о близких людях, их умы не заняты многочисленными мирскими проблемами, они не ощущают дефицита времени, категорически не хватающего работающему человеку.

У каждого монаха есть личный духовник, следящий за его духовным развитием и наставляющий в молитвенных практиках.

Иноки живут в собственном мире, зависимом от определённой дисциплины, с чёткой иерархией подчинения и распорядком дня, позволяющим молиться в разное время суток.

Именно поэтому большинство трудов святых отцов, повествующих о правилах молитв, были адресованы инокам, исходя из их особого ритма бытия в монастырях.

Св. Игнатий Брянчанинов пишет: «Монахи суть те христиане, которые оставляют все по возможности земные занятия для занятия молитвою — добродетелию, высшею всех добродетелей, чтоб посредством нее соединиться воедино с Богом…»

Традиция ночных молитв восходит к временам становления христианства, когда прятавшиеся от преследования подвижники Христа, только в темное время суток могли безбоязненно возносить свои ежедневные молитвы. Делать им это было не трудно, во-первых, в силу невероятного духовного порыва, и, во-вторых, из-за особенности жизненного уклада – в жарких южных странах, с территории которых начала распространяться эта религия, люди привыкли отдыхать днем, чтобы прохладными ночами заниматься делами. Впоследствии эта практика была усвоена монастырями и постоянные ночные моленья стали частью жизни иноков.

Необычная мощь ночной молитвы состоит, в том, что при её совершении ум человека однозначно сосредоточен на общении с Богом, а в душе воцаряется покой, навеянный как глубинным пониманием слов мольбы, так и зарождающимися в душе благодарностью, покорностью, умилением и любовью.

Читайте так же:  Молитва от болей в сердце

Св. Златоуст видел её мощь в следующем: «Ночью и ум свободнее можно вознести к Богу, и ночные молитвы к покаянию обратят вас, и их паче дневных послушает Бог. Если ты ночью выйдешь из дома, то заметишь вообще молчание; и твоя душа становится в это время чище, и ум твой легче на молитву».

Для того чтобы человек мог совершать ночную молитву его воля должна быть обращена к Богу, тело энергичным и собранным, совесть освобождена покаянием, сердце очищено от страстей, а ум отстранен от суеты, но этих обстоятельств очень трудно добиться мирянину, вовлечённому в суматоху современной жизни.

Неподготовленный к ночной молитве обыватель может стать легкой добычей бесов, которые, по мнению Н. Пестова, по непонятным пока причинам «имеют наибольшую власть над миром и иногда мешают в молитве различными «страхованиями» (наведение чувства боязни, страха, ужаса, непонятными звуками, стуками и, наконец, различными явлениями и видениями)».

Его словам вторит религиозный писатель С. Нилус, описавший произошедший в Оптиной пустыне печальный случай, когда готовившийся принять монашеский постриг молодой человек вопреки запрету духовника совершал самовольные молитвы в ночное время. В результате после очередного ослушания «послушник» выбежал голый из кельи и забежал в храм, где совершалось богослужение. Забравшись на св. Престол он бесновался и выделывал неподобства, а видевшие это монахи не могли ничего поделать, поскольку были обуяны непонятным сковывающим страхом. Лишь иеромонах после недолгого замешательства сбросил обезумевшего с Престола и передал его в руки врачам, которые констатировали у него психическое расстройство, из-за чего он провел остаток жизни в соответствующей клинике.

В книге «Монастырь в миру» прот. Валентин Свенцицкий пишет: «Не надо молиться поздно. До 12 часов ночи молитва должна быть кончена, и молящийся должен отойти ко сну. Мы не знаем всех тайн невидимого мира. Не всё нам открыто, и не всё ведомо. Неведомо нам и то, почему именно в эти поздние часы, после 12-ти, тёмные силы особенно чувствуют своё могущество и нападают на душу с особенной яростью».

Молитва в ночные часы делает душу человека восприимчивее как для доброго, так и для дурного, именно поэтому бесам легче проникать в неё, искушать человека утончёнными соблазнам, тешить его слух ложнми откровениями, разжигать горделивые помыслы и затягивать в заманчивые споры.

В этом же издании отмечено, что зачастую демоны, чтобы обмануть молящихся обретают облик ангелов света, о которых писал и архиепископ Василий (Кривошеин).

В книге «Ангелы и бесы в духовной жизни» он приводит слова преподобного Антония Великого, рассказывавшего своим ученикам об ухищрениях нечистой силы, желающей согнать христианина с праведного пути.

Именно различение, настоящих ангелов света от прикидывающихся ими бесов есть основная проблема, сопровождающая ночную молитву. Мирянин не знакомый со всеми хитростями дьявола может легко поддаться на его уловки, поскольку распознавание этих двух духов идёт не на инстинктивном, а на интуитивном уровне. Именно поэтому Антоний настаивает: «Должно молиться… чтобы получить дар различения духов, дабы, как написано, мы не веровали бы всякому духу», а в мирской жизни у человека нет столько свободного времени, чтобы посвящая себя постоянным молитвам научиться противостоять влиянию тёмных сил.

О том, что мирянам не нужно посвящать ночь молитвам имеются строки в одном из писем преподобного Амвросия Оптинского: «Спрашиваешь, как приучить питомицу твою к серьезным занятиям… Предложи сперва, чтобы из дня сделали день и из ночи — ночь; а когда в этом будешь иметь успех, тогда можно будет думать и о другом».

Уставший за день организм работающего человека нуждается в восстановлении сил, посредством непрерывного сна, а ночные молитвы непременно разбивают его на отрезки мнимого бодрствования и возможной релаксации.

Блаженный Феодорит Кирский отмечал: «Смотрение Божие… дало… сон сладкий и продолжительный, который может успокоить тело после усталости и сделать его более крепким для трудов следующего дня».

При ведении активного образа жизни у человека должен быть правильный режим сна, а постоянные пробуждения на ночные молитвы способны разбалансировать его психику и нанести непоправимый вред.

“Не надо молиться поздно. До 12 часов ночи молитва должна быть кончена, и молящийся должен отойти ко сну. Мы не знаем всех тайн невидимого мира. Не всё нам открыто, и не всё ведомо. Неведомо нам и то, почему именно в эти поздние часы, после 12-ти, тёмные силы особенно чувствуют своё могущество и нападают на душу с особенной яростью. Но люди духовной жизни заметили это. В миру, где такой разгул бесовщины, ночные часы – излюбленные часы предающихся страстям. Люди становятся одержимыми в эти часы. Они теряют образ и подобие своё. Исчезает грань между действительностью и фантазией. Дьявол в эти часы собирает свою жатву.

Ночная молитва поэтому особенно ценится и является особенно трудным подвигом. Ибо и на молитву в эти часы особенно сильно нападает враг, и труднее единоборство с ним. Но неопытному пагубно вступать в это единоборство. Ему надлежит отходить ко сну рано, после вечерней молитвы, отдав себя под защиту ангела своего хранителя.”

“Ночная молитва имеет свои особые трудности. Двоящиеся мысли всего сильней сказываются именно на ночной молитве.

Достигнув третьего молитвенного правила, человек приблизился к состоянию единства. Но проверь ночною своею молитвою, чтобы не было оно кажущимся.

Ночью демоны склонны, пользуясь двойственностью, вести споры в недрах человеческой души. Надо остерегаться вступать в пустые внутренние словопрения. Надо гнать их. Вопросы оставлять без ответов. И не соблазняться добрыми намерениями в этих внутренних спорах посрамить врага.

Ночное молитвенное правило должно быть коротким – не более трёхсот молитв. Дабы не воспользовались злые силы ослаблением внутреннего внимания, столь возможного при повышенности всех духовных состояний ночью.

Особенность ночной молитвы заключается в характере искушений. Ночью они более духовны. Больше всего искушают демоны на ночной молитве высотой молитвенных состояний. Внушают горделивые мысли. О необычайных духовных дарованиях молящегося. Услаждают неблагодатными поддельными откровениями. Принимают вид ангела света. Всё это гони от себя именем Господа нашего Иисуса Христа. Всё это – ночные томления души нашей, ней освободившейся от власти страстей.

Читайте так же:  Молитвы димитрию солунскому

Когда отступят от души тёмные силы, отравляющие её утончёнными соблазнами, скажется благотворное значение ночной молитвы. Поэтому и демоны так сильно влияют на душу ночью, что на ночной молитве душа делается открытее и доступнее. Но она делается открытее как для злого, так и для доброго. Когда злое отступит, доброе даст плоды во сто крат.

Ночью в душе тише, чем днём. А чем тише в душе, тем слышнее Господу. Ночью молитва легче переходит от внешних слов внутрь сердца и становится духовной молитвой. На ночной молитве, когда без слов взывает душа одним сердечным воздыханием, укрепляется и возрастает дух молитвенный. Ночным молитвенным правилом достигнется то, чего не может дать молитва дневная: как бы призрачность и лёгкость душевной нашей оболочки.

Если ночное правило начато во благовремении, оно сильно подвинет молящегося на молитвенном пути, приближая к вожделенной сердечной молитве.”

из книги прот. Валентина Свенцицкого “Монастырь в миру”.

Новый год – это один из тех редких дней в году, когда масса народа не спит, совершая пьяную и обжорную пародию на всенощное бдение возле салата оливье, голубого (в разных смыслах) экрана и т.п. Это при том, что ночью не спать наш народ не привык. Сон – одно из немногих утешений бедняка. Сон бедняка, как говорит Соломон, сладок; и не важно, много или мало он съел. Богатый напротив, отягченный лишним съеденным и выпитым, ворочается на ложе своем до рассвета. Это тоже говорит Соломон. Нетрудно догадаться, что бедный народ наш в подавляющей массе своей на протяжении длинной истории спал крепко хотя бы потому, что, как говорил Портос, «кто спит, тот ест». То есть мало тратит сил и забывает о пустом желудке.

Но вот в Новый год мы не спим. Не привыкли. И возникает хорошая мысль. А именно: встретить Новый год молитвой в храме, ночью, не за изобильным столом, и не лицом в салате, и не в чужой квартире с вопросом утром «где я?» или «кто ты?». В храме встретить календарное начало нового года! Чем не красота и чем не благодать?

Часы на кремлевских курантах пробьют двенадцать раз, и раздастся по миру всякое «ура» на русском языке, и хлопнут открытыми пробками бутылки шампанского. Но именно в это время во многих храмах священники скажут: «Благословенно Царство Отца и Сына и Святого Духа», – и начнутся литургии. И ничего лучше невозможно придумать.

Раньше это была редкая традиция. На все новое (хорошее оно или плохое – разницы мало) у нас смотрят пристально и с прищуром. С подозрением смотрят. Сами себе свой прищур объясняют тем, что «традицию хранят». Ну да ладно. Не мы судьи. Сегодня традиция служения литургии новогодней ночью мало-помалу распространилась, и уже трудно ругать священников за «невиданное новшество», ибо много их – служащих с 31-го на 1-е ночью. Людям нравится. Все трезвые и радостные. У всех больше реальных надежд на такое же реальное счастье в Новом году после молитвы и причастия, нежели после песен Коли Баскова. Кажется, дело понятное и решенное. Но…

Но традицию молиться по ночам можно постепенно распространять и за пределы власти Деда Мороза.

Вообще, христиане раньше молились по ночам больше, нежели при свете дня. Наш возглас всенощной «Слава Тебе, показавшему нам свет» напоминает именно об этих временах. Ночь, проведенная в молитве, для христиан такое же естественное явление, как ночь, проведенная за картами для любителя преферанса. И ведь заметьте: любителей преферанса (равно, как и любителей ночных дискотек, пьянок–гулянок и прочих ночных занятий) никто не ругает и не осуждает. Это их жизнь. А нам сказано не осуждать. Мы и не осуждаем. Зато сами своих ругаем временами за то, что не хотят сопеть носом и смотреть сны. Ругаем за то, что хотят ночью молиться. Странное дело и непонятное.

Ночные литургии опять выходят из вековой темноты и заявляют о своем праве на существование. Есть такая фраза: «Будущее Церкви – это ее прошлое». Все великое, что было явлено Церковью в прошлом, вновь должно явиться перед закатом истории. И аскетизм, и милосердие, и взаимопомощь, и евхаристическая ревность… И ночная молитва тоже. Люди будут чем дальше, тем больше по ночам пить, блудить, колоться, нюхать, воровать, драться, резаться, вешаться…. А Церковь, не смешиваясь с массовым беззаконием, должна будет усугубить молитву. В том числе ночью.

Ночные литургии опять выходят из вековой темноты и заявляют о своем праве на существование

Темп жизни таков, что, кроме воскресенья, особо и не помолишься за литургией. Работа, знаете ли. То да се. Но кто мешает раз в месяц или раз в две недели собраться в предписанное время в храме под полночь, помолиться, причаститься и разъехаться по домам? К двум ночи уже спать будете. Многие в это время только от телевизора и компьютера отрываются. А утром на работу, как положено. Кто мешает? Да никто, кроме личной лени и ложных страхов. Как бы чего не вышло.

Видео (кликните для воспроизведения).

Но жизнь сама заставит нас молиться ночью. Сама внутренняя логика церковной истории заставит нас молиться и по ночам, и на чердаках, и в поле, и в трюме корабля, и в летней кухне (список я могу очень сильно продолжить). Так давайте привыкать, не дожидаясь гонений и молитвенно отодвигая их приближение. Ведь евхаристические собрания реально разрывают сети диавола. Молитва Церкви ослабляет тотальное лукавое действие на род человеческий. Только она и ослабляет. Стоит нам всем уменьшить лукавую жатву новогоднего пьянства, ссор, драк и разврата тем, что многие верные соберутся в эту ночь на молитву и Евхаристию. А там, глядишь, у нас и вкус к духовным трудам появится. Ибо, честно говоря, в некоторых из нас этого вкуса совсем не заметно.

В чем сила ночной молитвы
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here